Книга Любимая для Грома, страница 63 – Надежда Борзакова

— Он очень хотела, - за спиной стоял Вова.

Я поняла, что мысли о свадьбе произнесла вслух.

— Даже Тимур с этим всем был не очень за. А я настоял. Она хотела, - выдавил он.

Стоял, пошатываясь и держался за рамку сбитой рукой. Во второй была почти пустая бутылка коньяка.

— Иди сюда, подыши, - я протянула ему руку, и мужчина взялся за нее.

Так, как делала это Ксюша в детстве. С доверчивой потребностью в защите и поддержке.

Забрала у него бутылку, а мужчина тяжело облокотился о балюстраду. Испугавшись, что он потеряет равновесие и свалится, ухватила под локоть.

— Не высовывалась бы, Ева. Вдруг кто-то уже пристреливается…

Он потянул меня вниз, на пол. Теперь мы сидели, спиной к балюстраде. Нашарив бутылку, Вова, поморщившись, допил коньяк и выкинул ее через балкон.

Звон. Возня.

— Все нормально, это мы, - крикнула не выглядывая.

Посмотрела на Вову. Его лицо было очень бледным, полумрак это подчеркивал. Взгляд стеклянный от спиртного.

— Серьезно, иди внутрь.

— Территорию охраняют, Вов…

Он горько усмехнулся.

— Свадьбу тоже… Охраняли.

Я промолчала. Комок подкатил к горлу, да и слов не было. Не существовало слов, способных утешить.

— Ты бы валила, Ева. За бугор, подальше… Прямо сейчас бы валила. Влас поймет. И ему так будет проще, чем увидеть, как убьют. Ты поверь… Я его тысячу лет знаю. Он тебя больше жизни любит. Так же, как я…

Я прикоснулась к обтянутому черным пиджаком плечу.

— Почему кому-то там, - Вова кивнул на небо, - нахрен не сдалась моя жизнь? Они забрали ее… Какого хера, Ева? - заорал он. - Она ж ни в чем не была виновата!

Он зарыдал. Страшно, как плачут только сильные мужчины, у которых этих самых сил больше не осталось.

Я обняла его за шею, прижала голову к своему плечу, забралась пальцами в волосы. Гладила их, слегка покачиваясь, словно баюкая его так же, как когда-то баюкала сестру. И Мишку с Машкой.

— Спасибо тебе, - сонно просипел Вова, успокоившись, - за дружбу. За все. Ты удивительная. Но я серьезно, Ева, - отклонился, отер руками лицо, - это не пьяный бред. Уезжай.

Я покачала головой.

— Не могу. Я люблю его.

— Люблю… Любовь этого не стоит.

В проходе мелькнул знакомый силуэт. Влас. И он точно все слышал. Я отчаянно замотала головой. Пусть они потом это обсудят. Пожалуйста, пусть потом…

— А я ищу, где вы, - Влас привалился к рамке балконной двери.

— Да воздухом дышу, как босс велел.

— Угу.

— Вов, давай тебя спать уложим? - я погладила его по волосам. - Давай, ладно?

Он кивнул. Влас помог ему подняться, дойти до кровати. Вова, не раздеваясь, повалился на нее. Я стянула с него ботинки, укрыла пледом, включила ночник. В кромешной тьме все страшнее…Минуту спустя дыхание мужчины стало глубоким и медленным. Мы с Власом тихо вышли.

— Как ты? - я положила ладони ему на грудь и посмотрела в лицо.

Уставшее, убитое и бледное. Даже в спекшихся губах ни кровинки. В серых глазах темнота.

— Как я? Шутишь? Мне-то не в первой…

Я обняла его за талию. От него пахло спиртным, усталостью… Кровью?

Нужно снять этот дурацкий костюм!

— Пойдем, Влас. Переоденешься, примешь ванну. А потом мы поедим. Не знаю, как ты, а я очень голодная.

Соврать вышло очень натурально.

Мы зашли в ванную. Я поставила набираться ванну. Стянула с него пиджак, пробежалась пальцами по пуговицам рубашки и сняла ее. Влас не мешал. Стоял, глядя на меня своим темным взглядом, внимая прикосновениям. А потом накрыл рот поцелуем. Жадным, неистовым, голодным. Не только по удовольствию, но по ощущению жизни. Моей, его. Нашей. О, как хорошо я его понимала.