Книга Девушка брата, страница 51 – Надежда Борзакова

Меня знобило от выплеснувшейся, наконец, ярости, сдерживаемой месяцами.

— А если тебе нужен пример человека, которому было проще войти в «услужливо открытую дверь», то ты всегда можешь вспомнить Глеба. Хороший парень, м?

По щекам побежали слезы. Злые, обжигающие. Я стирала их кулаком, размазывая макияж.

Влад привлек меня к своей рвано вздымающейся груди.

— Если б я поступил иначе, то может был бы с тобой, — прохрипел мне в волосы, — Вместо него. И тебе не пришлось бы тянуть меня со дна. Видеть все это дерьмо. Бояться.

— Влад, я люблю тебя, — кое-как сглотнув комок в горле, я взглянула в его лицо. — Люблю то, каким человеком ты стал вопреки всему.

Как-то получилось, что сказала ему только сейчас. Что люблю. Казалось, впервые я полностью осознала, что именно эти слова на самом деле значат. Стало противно от того, сколько всего я путала с ней — с любовью.

— Знаю. И когда-нибудь стану этого достоин.

Влад поцеловал меня в соленые губы, и почти сразу завибрировал его телефон.

— Ответь.

— Это отец, — мужчина взглянул на экран.

— Скажи, что мы придем, — сладко улыбнулась я.

Закатив глаза, он так и сделал.

Платье было красным. Даже алым, как кровь. С объемными рукавами и открытыми плечами. Ну и длиной чуть ниже колена. Скромно? Из-за цвета, мягко облегающей фигуру кружевной ткани, и бежевых лодочек на умопомрачительном каблуке и близко нет. Я так и хотела? Разумеется!

Никаких плетений из волос — только локоны по плечам. Макияж легкий, почти невесомый с акцентом на тон кожи и глубину глаз.

При виде меня Влад присвистнул. Стремительно подошел и сжал в объятиях, впился поцелуем в губы.

Сразу стало наплевать на то, что мы еще через несколько секунд изомнем мое платье и его костюм, но я усилием воли заставила себя думать головой.

Отстранилась, оторвалась скорее. Разгладила руками белую рубашку, смахнула невидимую пылинку с темно-бордовой ткани пиджака.

— Все потом, дорогой, — улыбнулась в полыхающие страстью глаза.

На губах моя помада не отпечаталась. Вот и проверили, переживет ли она вечер.

— Ты это специально? — пророкотал Влад. — Чтоб я весь вечер думал, как трахну тебя по пути домой?

— Мы будем с водителем, — игривым тон не получился. Он выдал меня с головой.

— Все равно не буду пить, сам поведу, — выдохнул мне в ключицу.

И языком от нее вверх по шее. Я запрокинула голову на бок. Свела бедра, чтоб хоть как-то унять возникший жар.

— Заедем в одно местечко, — опаляя рваным дыханием ухо, — полная темень и ни души.

Руки Влада медленно поднялись по бедрам, задирая ткань платья. Задержались на коже над чулками.

— Я постараюсь его не порвать, — пальцы накрыли промокшее кружево трусиков. Надавили. — А насчет них не знаю.

Коленки подрагивали. Я не держалась, я цеплялась за плечи мужчины. Ахнула, когда, отодвинув белье, он проник пальцами внутрь.

— Да пошло оно! — прорычал Влад.

Задрал юбку до талии и усадил меня на туалетный столик. Впился в губы, протолкнув язык внутрь. Зарычал, когда я расстегнула ширинку и сжала напряженный член.

— В кармане. Надень!

Непослушными пальцами я выполнила хриплый приказ.

Притянув за талию, Влад насадил меня на член. Повел бедрами, врываясь до упора. Полностью вышел и снова. И снова. Глядя в глаза своими невозможными, полными голода и обожания.