Книга Книга мертвых, страница 29 – Валерий Шарапов

Залесский был не первым членом Еврейского антифашистского комитета, который плохо кончил. Но основные разбирательства, связанные с деятельностью самого комитета, прошли не так давно. Это было самое громкое политическое дело прошлого года.

Бог миловал, и заниматься нашему отделу этим не приходилось даже косвенно, но в общих чертах я ситуацию представлял.

Началось все еще в двадцатых годах, когда всесильные Троцкий, Каменев, Бухарин, в общем, все, кого потом закономерно вычистили за правые и левые уклоны, наобещали американским банкирам создать еврейскую автономию в Крыму. Даже название придумали «Крымская Калифорния», куда входили еще побережье Черного моря до Абхазии, Одесса, Херсон и прочие теплые края. Сталин от всего этого ушел, понимая, чем это грозит. Но тема возникала вновь и вновь. В разгар войны президент США Рузвельт даже ставил помощь СССР в зависимость от создания «Русской Калифорнии».

Во время войны ЕАК вел активную пропаганду по всему миру за воюющий СССР и собирал деньги в его поддержку. Дальше его лидеры решили, что пришла пора потребовать за это плату. Собрались с духом и накатали Сталину длинную петицию. Там было что-то вроде «просим создать автономию, учитывая огромный вклад еврейского народа в победу над нацизмом».

Как мне рассказывали знающие товарищи, Сталин был не на шутку взбешен. К требованиям по Крыму он давно привык, а вот слова о решающем вкладе еврейского народа в победу над Гитлером просто вывели его из себя. Он дал указание кардинально разобраться с ЕАК.

А дальше? Тут уж можно только предположения строить, поскольку все, кто могут чего-то знать, на эту тему вообще не говорят. Но факт остается фактом. Задолго до гибели Златковского, в начале 1948 года, при странных обстоятельствах, якобы в автокатастрофе, в Минске погиб известный режиссер, руководитель Московского государственного еврейского театра, председатель ЕАК Соломон Михоэлс. После этого посол Израиля в СССР Голда Мэйер умудрилась организовать в Москве незаконный митинг и массовое шествие за эту самую автономию, где-то на пятьдесят тысяч человек. А в ноябре того же года ЕАК запретили.

После всех расследований по делу ЕАК убыла в места не столь отдаленные, а то и встала к стенке масса известного народа. Среди них были врачи, писатели, артисты, академик. Получила пять лет ссылки даже Полина Жемчужина — жена бывшего министра иностранных дел, а ныне члена Президиума бюро Совмина Молотова — кстати, ближайшего соратника Сталина.

В этой истории никого не жалко. Заигрываются люди, не могут умерить аппетиты — в природе нашей такое. И потом не поймут, как же им так больно прилетело, когда все так хорошо начиналось.

Держались мы подальше от этих дел, держались, да не удержались. Получается, наши террористы с бесшумными пистолетами каким-то боком относятся к кровавой карусели вокруг ЕАК? Протягивается такая цепочка между двумя делами, что не только не радует, но и сильно удручает. Вон на Белякове лица нет.

Лезть в высоты большой политики не хотелось вообще. Я заточен на борьбу с террористами, бандитами и шпионами. Высшие слои атмосферы хороши для тех, кто с детства приучен там витать. Остальным часто воздуха не хватает, да так, что можно задохнуться насмерть. И тут этот чертов отпечаток пальца. И ведь никуда не денешься — тянуть эту ниточку придется. Тем более других у нас нет.