Книга Шпионский крючок, страница 12 – Лен Дейтон

— Еще вчера рано утром.

— Довольно быстро.

— Об этом я и говорил своему заместителю, — сказал Дики Крайер, почтительно кивая сэру Перси. С каждой минутой Дики демонстрировал все ухудшающееся состояние своего здоровья и необоримую усталость. Когда ситуация не поддавалась анализу, он, как правило, выходил из строя. Его повергала в ужас мысль о необходимости принимать решение или ставить под ним свою подпись.

— Месса, — коротко сказал Гарри Стренг.

— Они видятся друг с другом на воскресной утренней мессе, — объяснил Дики Крайер.

— И никаких сигналов о прекращении контактов? — спросил я.

— Нет, — сказал Стренг. — Вот это и тревожит.

— Еще бы, черт побери, — заметил я. — Что еще?

Наступила мгновенная пауза. Будь я параноиком, я бы легко пришел к выводу, что они хотят оставить меня в неведении.

— Чушь и ерунда, — отозвался Биллингсли.

— Есть кое-какая информация изнутри, — сказал Стренг. — В районе Франкфурта двое задержаны для допросов.

— В Берлине.

— Берлин? Это же не Франкфурт, — удивился Биллингсли.

К тому времени я уже был сыт им по горло. Все они в Центре данных смахивают на этого молодого человека: им кажется, что мы должны загрузить свою память парой мегабайтов, прежде чем сравняемся с ними.

— Не изображай из себя идиота, — отнесся я к Стренгу. — Твоя информация из Берлина или из Франкфурта?

— Из Берлина, — сказал Стренг. — С Норманненштрассе. — Это был большой квартал серого камня в районе Берлин — Лихтенберг, откуда восточногерманская Штази — служба государственной безопасности — оберегала свой мир, пытаясь подобраться к нашему.

— Миновал уик-энд, — сказал я. — Чему трудно радоваться. — Если во франкфуртском отделении Штази прогонят данные через компьютер, то придут к выводу, что им попалось в руки что-то стоящее.

— Вопрос, который ныне стоит на обсуждении, — сказал заместитель с той изысканной любезностью, которую демонстрируют барристеры^[2] в суде, подводя нервничающего ответчика к неизбежному признанию вины, — заключается в том, как нам действовать. — Глянув на меня, он склонил голову набок, словно так я был лучше ему виден.

В ответ я тоже уставился на него. Заместитель был забавным маленьким пухлым человечком с блестящими глазками, лоснящейся розовой физиономией и аккуратной прядкой волос на черепе. Черный сюртук, жилет, в кармашках которого хранились огрызки карандашей, полосатые брюки, галстук какой-то омерзительной «паблик-скул», пришпиленный драгоценной заколкой. Юрист. Встреть вы его на улице, подумали бы, что это какой-то бедный солиситор^[3] или клерк у барристера. В прежней реальной жизни — то есть пока не очутился в стенах этого здания, — он руководил одной из наиболее преуспевающих юридических фирм в Лондоне. Позволить себе увлечься столь неблагодарной работой, как наша, — я не мог себе представить, зачем ему это нужно, но заместитель был всего лишь в шаге от того, чтобы возглавить департамент. ГД, образно говоря, дышал на ладан.

— Вы хотите сказать, — спросил я, — что кто-то должен взять это на себя?

— Именно так, — сказал заместитель. — И думаю, все мы желали бы выслушать ваше мнение, Сэмсон.

Я помедлил с ответом, чтобы потянуть время.

— Имеются данные от берлинской полевой группы? — спросил я. — Или откуда-то еще?

— Не думаю, что БПГ должна быть втянута в эту ситуацию, — торопливо бросил Стренг. Он говорил от имени оперативного отдела.