Книга Кодекс Охотника #41, страница 26 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Кроме Коллекционера, почти никто в мироздании не мог приказывать ему. Конечно, у такой сущности были легионы слуг и чудовищно сильные сподвижники, и далеко не все они обладали приятным нравом. Однако Коллекционер строго запрещал междоусобицы. Тех, кто ослушался и вредил «коллегам», он отправлял в свою «Коллекцию идиотов».

Феодосий считал это название самым точным — оно идеально описывало абсурдность ситуации. С Коллекционером ты мог иметь всё, если представлял для него ценность. Зачем было выпячивать эго и ломать то, что выстраивалось веками? Для Феодосия это оставалось загадкой, хотя в своё время он провёл немало часов, изучая этот вопрос.

Жизнь казалась прекрасной, а работа — прибыльной и увлекательной. Коллекционер был целеустремлённым и своеобразным существом, его собрание редких душ было поистине безграничным. Если обычный слуга находил редкость раз в десять лет, это считалось успехом. Феодосий же поставлял несколько штук в год, отчего его статус неуклонно рос. Его сектор специализировался на тварях, и Феодосию, который так и не закончил своё обучение в Ордене, было чертовски удобно выполнять такие задачи — ему нравилось считать себя Охотником. Господин даже снял с него часть ограничений. Правда, полностью сделать это он то ли не мог, без вреда для слуги, то ли просто не хотел заморачиваться, оставив лишь то, что полезно для работы.

Но всё это было неважно. Важно было то, что сейчас этот «Бог и правитель» сидел за своим столом, опустив взгляд в пол и дрожа всем телом как мальчишка. Он помнил обещание, которое когда-то дал ему Сандр, и знал: Охотники всегда держат слово.

С одной стороны, можно было позвать Хозяина. Но ответит ли тот? И, что важнее, успеет ли? Коллекционер мог быть быстрым, когда хотел, но и Сандру не нужно много времени, чтобы оторвать Феодосию голову и забрать его душу.

Феодосию всегда казалось, что эта Вселенная недосягаема для Охотников, которые во времена его юности, казалось, и не подозревали о других измерениях. Хотя был шанс, что такие знания у них имелись — просто у самого Феодосия не было высокого уровня доступа к архивам Ордена.

Сейчас он лихорадочно размышлял, что делать.

Одно было ясно: несмотря на всю свою мощь, прыгать на Сандра он не собирался. Он видел, что перед ним уже не тот Сандр, которого он знал — новая оболочка указывала на перерождение.

По идее, Охотник должен быть не в форме. Но, сука, был один нюанс: «не в форме» для Сандра — это примерно уровень нынешней пиковой силы Феодосия. А если учесть его колоссальный боевой опыт, шансов не было и вовсе.

На мгновение Феодосию даже стало интересно, у кого получилось убить Сандра. Наверняка это была редчайшая тварь, и если бы он смог её заполучить, его ранг у Коллекционера взлетел бы до небес. Но, с другой стороны, если эта тварь одолела Охотника, то Феодосий точно не хотел с ней встречаться.

— Да-а… вот это ты себе хоромы отгрохал, Федя, — покачал головой Сандр, вальяжно прогуливаясь по кабинету.

— Феодосий, — поправил он, пытаясь сохранить остатки достоинства. — Да хоть Феофан, мне как-то всё равно, — Сандр улыбнулся своей «доброй» улыбкой, которая совершенно не грела душу.

Единственное, что сейчас могло обрадовать Феодосия — если бы Сандр просто ушёл. А перед этим рассказал, как он сюда попал, чтобы Феодосий мог потратить все свои накопления на то, чтобы не просто замуровать, а стереть саму возможность такого прохода.