Книга Лимбус. Том 2, страница 87 – Эон Линь

Улыбка сползла с его лица. Он резко замер и выпрямился, глаза чуть расширились от непонимания.

— Ты сам не знаешь, несчастный принц.

— Ошибаешься. Во всем ошибаешься. Иллюзия ты или настоящий двойник, порожденный демонической кровью, – не имеет значения. Мне все равно, каким образом Шеол завладел моей душой. Думаю, тебе это не понять. Но знай: будь у меня шанс вернуться назад, я бы сделал тот же выбор. Столько раз, сколько потребуется. Во мне нет сил стать Солнцем Экнориана, даруя всем свое тепло, но я могу попытаться осветить путь хотя бы одному человеку, и это уже стоит такой жертвы. Но ты прав: я не знаю ответа на загадку. Однако у Шеола он точно есть.

— Ты защищаешь низвергнутого небожителя, который встал на путь демона и поддался соблазну облегчить свою ношу, поглотив невинную душу? – неверяще воскликнул Юань Фэнь, подаваясь вперед.

— Почему вы все обвиняете его? Почему никто не сказал: «Это не твоя вина»? Энделлиона не заставляли силой отдать душу, а Шеол лишь пытался защитить мир, брошенный на растерзание демонам. Если больше некому встать на его сторону, то пусть это сделаю я. Как у вас говорят? «Будешь три года совершать добродетельные поступки – мало кто будет знать об этом; однажды совершишь дурной – узнает вся Поднебесная».

Высказав все, что кипело внутри, я испытал небывалую легкость и смог с искренней улыбкой сказать Шеолу:

— Ответь уже на эту загадку, и вернемся домой.

Домой? Одновременно чужое и родное слово вырвалось откуда-то из прошлого и незаметно соскользнуло с губ. Казалось, что раньше я уже кому-то говорил это. Или то был совершенно другой человек? Все внутри перемешалось и запуталось из-за проклятого Лунного города.

Шеол сделал шаг мне навстречу и, не оглядываясь, произнес:

— Солнце садится за западные холмы. Я – последние дни жизни^[100].

Вместе с его ответом иллюзия рассеялась, и мы вновь оказались в гроте. Чистая вода приятно смывала липкое ощущение после видения, а рядом плавала повязка. Подхватив ее, я отжал ткань и уставился на витиеватые серебристые узоры.

— Ты злишься, – спокойно заметил Шеол, прожигая мой затылок пристальным взглядом.

— Сначала я стал мечом, потом тритоном. У меня не оставалось времени приспособиться к переменам. Никто не дал мне книгу с правилами, оставив с кучей вопросов. Не успели мы оказаться в Лунном городе, как ты пропал. А потом этот жуткий грот, слюнявые пиявки-переростки и демонический двойник. Осталось добавить к этому, что ты явно не рад моей душе, ставшей оружием. Как ни посмотри, но поводов для обиды накопилось достаточно.

Мне хотелось выплеснуть злость не только на Энделлиона, но и на саму судьбу, которая так жестоко обошлась с нами. Перед глазами вновь всплыл образ худенького мальчика с огромными, полными ужаса глазами – видение, что навеки запечатлелось в моей памяти. Дети не должны становиться игрушками в руках капризной судьбы. Но даже сейчас я вновь поддавался своим бесполезным, никому не нужным идеалам, подвергшимся высмеиванию со стороны моей семьи. Наивный принц, мечтающий о совершенном мире… Как глупо.

— Я не стал бы отдавать твою душу, чтобы возродить Энделлиона, – с жаром воскликнул Шеол, словно боялся, что если он этого не скажет, то слова двойника покажутся мне правдой.