Книга Академия Слов, страница 44 – Сенни Роверро

— Лучше бы ты вернулся не ко мне, а к своей парте, – фыркнула я, делая вид, что ни капли не рада его возвращению из путешествия с родителями – он знал, что рада. – Садись и заканчивай срывать пару. У нас новый профессор, не порть впечатление о себе прям с ходу. Сам знаешь, это удовольствие лучше смаковать.

— Понял, сестрёнка, – хмыкнул Вик и сел на своё законное место прямо за мной.

Стул за мной, вне зависимости от аудитории, всегда пустовал, если его не было в Академии. Это было своеобразное негласное правило – место за мной принадлежит только ему. Почему так сложилось не знали даже мы сами.

Усевшись на место, Вик громогласно, с весельем закоренелого "раздолбая", коим он и был, обратился к Соколову:

— Прошу прощения, профессор, я думал в аудитории будет человек привычный.

— Если бы знали, придумали бы что-нибудь более эффектное? – усмехнулся светлый, кажется совсем не злясь. Наоборот, Вик ему словно бы был симпатичен.

— Схватываете на лету, – развязно подмигнул Вик, вольготно разваливаясь на стуле и закидывая ногу на ногу. – Всё, до конца пары обещаю не мешать.

— Буду благодарен, – кивнул Соколов и преспокойно продолжил занятие, как будто ничего из ряда вон выходящего не произошло. Во истину стальные нервы.

После пары мне на телефон пришло сообщение от дяди: "Ну и зачем ты согласилась? Я же предупреждал, что от Соколова нужно держаться подальше!". И сообщение от Кирова с тем же контекстом. Обоим ответила, что у меня не вышло найти ту формулировку для отказа от работы с Соколовым, которая не вызвала бы подозрений, ибо меня просто загнали в угол. Прелесть СМС в том, что через них даже слововяз при грамотной формулировке не почувствует, что ему врут. Чем я бессовестно и воспользовалась. Не признаваться же, что я как дура поддаюсь соблазну рискнуть всем, что имею?

Всё оказалось даже хуже, чем предполагалось. Помимо взбесившейся на радостях нечисти у нас сошёл с ума сам Город. У каждого города есть своя разумная структура, то, что хранит его. То, что на самом деле и является самим Городом. И вот Петербург, перенасытившийся энергией, выплеснувшейся от чуть не произошедшего "слияния", словно опьянел. В прочем, Петербург ещё со времён своего основания был очень чувствителен к подобному, но все надеялись, что в этот раз обойдётся. Не обошлось. У нас по ночам начали оживать одна за другой легенды. В последний раз такое было дай Тьма памяти во времена свержения царя. Слововязы и ведьмы как могли наговаривали на город "полог обыкновения", чтобы спящие в упор не замечали ничего необычного, но во-первых этот полог постоянно приходилось подпитывать, и потому это было временной мерой, а во-вторых этот полог точно не был поводом не решать проблему.

Уж не знаю, какими соображениями руководствовался Министр, но он почему-то решил, что с легендами лучше всего управлюсь я. Как результат - днём мы с Эдгаром усмиряли нечисть, ночью пытались утихомирить воплощения легенд.

Первым у нас ожил Медный Всадник. Есть такая легенда, что по ночам в него вселяется дух великого императора и обходит город. Так вот теперь эта легенда стала явью. Убедить памятник вернуться на место стало первым нашим заданием. До этого я долго продумывала стратегию того, как буду работать так, чтобы и с заданиями справляться, и себя не выдать, но все мои планы пошли коту под хвост.