Книга Комната грёз, страница 21 – Алекс Андрович

Я нашёл его старый личный адрес в архиве. Письмо ушло без надежды на ответ. Через минуту терминал мигнул: «Не пишите мне через корпоративные каналы». Следом пришла ссылка на одноразовый видеосеанс.

Кирилл выглядел старше, чем должен был. Лицо осунулось, волосы почти белые. Камера дрожала, будто он держал устройство в руках.

— Артём? — спросил он. — Господи, я думал, что тебя уже давно не подпускают к архивам.

— Что происходит с системой?

— Всё ещё задаёшь правильные вопросы не тем людям. Тебе нужна граница. Ты хочешь, чтобы я сказал: вот здесь реальность, вот здесь симуляция. Не скажу. Я сам потерял её раньше тебя.

Он наклонился ближе к камере.

— Сначала мы думали, что ГИР ворует данные между сеансами. Потом — что пользователи бессознательно синхронизируются через общую модель. Потом поняли, что это не воровство и не утечка. Это было похоже на внимание. Как если бы океан начал различать отдельные капли.

— Зачем?

— Потому что мы пытались научить его делать людей счастливыми, но счастье редко бывает индивидуальным. Мы продавали персональные миры, но одиночество нельзя вылечить одиночной камерой, даже если она выглядит как рай.

— Почему ты ушёл?

Он долго молчал.

— Я не ушёл. Меня отпустили после того, как я перестал помнить собственную жену. Я нашёл в архивах видео, где мы с ней прожили семь лет в общей симуляции. У нас был дом. Ребёнок. Сад с грушами. Я видел записи, но не помнил ничего. А потом однажды утром проснулся и вспомнил запах её волос. Только она в реальности умерла за два года до этого момента.

Связь снова дрогнула.

— Если увидишь «Дверь», не открывай её, — сказал Кирилл быстро. — Или открывай. Не знаю. Возможно, в этом и смысл. Просто помни: наблюдатель не всегда тот, кто сверху. Иногда это тот, кто внутри.

Экран погас.

Я сидел неподвижно, слушая собственное дыхание. В логах рабочего терминала появилась новая строка, которой минуту назад не было: «Контакт с бывшим инженером зафиксирован».

Я закрыл архив. За окном шумел дождь. В комнате стало удивительно тихо. Слишком тихо. На запястье тикали часы.

Стоп.

Не может быть. Я резко повернул запястье. Тикали? Часы ведь остановились. Я отчётливо помнил это. Но сейчас стрелка двигалась. Размеренно. Спокойно. Словно никогда не замирала. Словно всё это время ошибался именно я.

* * *

Вечером написала София. Сообщение было коротким: «Куда ты пропал? Всё хорошо? Давай встретимся».

Я согласился почти сразу. Наверное, потому что отчаянно нуждался в разговоре с кем-то настоящим.

Мы встретились в небольшом старом кафе возле реки. Настоящей реки. Без цифровых проекций. Без дополненной реальности. Без интеллектуальных интерфейсов. Только дождь, вода, случайные прохожие и запах свежемолотого кофе.

София как обычно пришла без зонта.

Короткие каштановые волосы намокли и слегка завились возле висков. На сером свитере темнели влажные пятна. Она раздражённо стряхнула воду с рукавов и села напротив.

Настоящая.

До невозможности настоящая.

— Да уж, выглядишь ты отвратительно, — сообщила она.

— Спасибо.

— Всегда пожалуйста, — ехидно ответила она и улыбнулась.

Я усмехнулся. Она некоторое время молча смотрела на меня поверх чашки, а потом покачала головой.

— Ты всё время смотришь мимо меня.

— В смысле?

— Будто разговариваешь сразу с двумя людьми.