Книга Тайна Папы О, страница 27 – Сания Шавалиева

Они подхватили корзинку в четыре лапы и потянули её вверх, к самому небу, где среди неприступных скал пряталось их царство Землеморье. Папа О летел и чувствовал, как мир вокруг него меняется. А еще он понимал, что вороны не простят им этой выходки, если узнают правду. Если они не сохранят тайну, то скоро по всем ущельям разнесётся их злобный вороний грай, и тогда придётся сражаться по-настоящему, всем миром.

Весь день и всю долгую ночь Клинт и Зинаида собирали по кусочкам своё нехитрое счастье. Воронья стая потрудилась на славу: их небогатый скарб теперь напоминал поле боя. Помятые кастрюли, перекошенные лавки, разбитые надежды.

Зинаида что-то тихонько бормотала, поминутно вскидывая голову к хмурому небу — не вернутся ли чёрные тени? Больше всего она горевала над фарфоровой балериной. Свадебный подарок! Хрупкая фигурка, прежде гордо стоявшая на комоде, теперь валялась в пыли. Ручка отбита, пачка испачкана… Клинт, конечно, попробует склеить, но разве склеишь разбитое чудо?

Следом за Зинаидой шагал петух и бесконечно бухтел, словно укорял их за устроенный переполох.

— Как думаешь, долетели? — спросила Зинаида, придерживая шаткую лестницу.

Клинт в это время воевал с трубой, на которую вороны набросили грязную дерюгу.

— Кто? — не сразу отозвался он, отфыркиваясь от сажи.

— Да орлы же… — Зинаида стянула с крыши полосатый половик.

Клинт тяжело слез вниз, поднатужился и одним рывком перевернул опрокинутую телегу. Та с грохотом встала на колеса, а котята, прятавшиеся под ней, брызнули в разные стороны,

— Будем надеяться, — коротко бросил Клинт и зашел в сарай.

Там, слава богу, всё было мирно. Корова мерно жевала сено, овцы испуганным пушистым комом прижались к стене, а куры, прошмыгнув между ног Клинта, поспешили на свежий воздух.

К рассвету силы иссякли.

— Всё, умаялся я, — Клинт опустил молоток. Глянул на пустой крюк, где висел умывальник, вздохнул. Искать умывальник не было сил. — Пошли к водопаду.

Они долго спускались по тропе, петляющей между вековых корней. Клинт бережно нес Коленьку, а Зинаида шла следом, осторожно ступая босыми пятками по влажной земле и стараясь не споткнуться о торчащие из-под земли корни. Сегодня вода в водопаде оказалась чудесной — мягкой, по-летнему теплой. Она ласково обнимала плечи, смывая не только дорожную пыль, но и липкий страх последнего дня.

Вскоре они перебрались в радоновую ванну. Пар поднимался над водой легкими белыми лентами. Коленька восторженно бултыхал ручками, поднимая со дна серый налет, а Зинаида прикрыла глаза, и в этой полудреме ей снова почудились осколки фарфора.

— Ах, Клинт… такая была балерина… тоненькая, будто из снежного света…

Клинт присел рядом, приобнял жену и сына.

— Погоди горевать! У нас тут свой мастер изящных искусств имеется. Гляди!

И тут Клинт, прямо в воде, исполнил невероятный пируэт. Он вытянул шею, округлил руки над головой и, кряхтя от натуги, выставил одну ногу назад. Его большой палец отчаянно пытался зацепиться за скользкий пол ванны.

— Ну? — прохрипел он, балансируя. — Разве я не эффектнее? У той дамы и носа-то толком не было, а у меня — каков профиль! Какая мощная грация!

Зинаида ошарашенно моргнула. Вид Клинта с волосатыми ногами, пытающегося изобразить лебедя, был так нелеп, что тишина тайги взорвалась её звонким смехом.