Книга Отпуск с бывшим, страница 35 – Дарья Белова

— Объяснишься? – говорит заискивающе, прищурившись. Ох, лиса. И кивает на мой низ. Там, где мой очень твердый пах упирается в мягкое бедро Ольховской.

Неловко…

— Инстинкты. Не более.

— С этим можно как-то бороться?

— Нежелательно. Ведь я еще молод и полон сил.

— Тогда слезь с меня. Ты же не думаешь, что за какую-то сумку-холодильник я буду… – Васька демонстративно покашливает.

— А за машину? – поднимаюсь от силы удара ее взгляда. – Прости.

Неуместная шутка, которая мне не свойственна. Этот вечер полон ерунды, природу которой невозможно объяснить. Ерунды, типа поцелуя.

Самого откатило в тот момент вечера, когда озвучили приз. Я ожидал нечто подобное, но мои ожидания ничто по сравнению с реальным подарком. Как я еще не засмеялся в голос, одному Богу известно. Живот резало от подавляемого смеха. Не уверен, что это не сказалось на моем здоровье.

Например, напряжение в паху вполне может быть связано с этим, а не с аппетитной пятой точкой бывшей. А также ее тонкой талией, притягательной грудью и пухленькими губками.

Мы садимся на край кровати, и между нами поместится развернутая сумка-холодильник в двадцать литров. Далеко друг от друга, в общем.

Привожу дыхание в норму, а Васька тупит свой взгляд.

Да, странный вечер. Мы… Реально поцеловались. Я поцеловал предательницу, изменщицу, ту, что поклялся не видеть больше в своей жизни.

Но жизнь преподнесла мне сюрприз. А раньше сюрпризы я любил.

— Притворимся, что ничего не было? – по-деловому спрашивает.

Это было бы верным решением. И вдруг захотелось повторить.

— Да. Ничего не было, – хлопнув себя по бедрам, поднимаюсь на ноги. – Ни-че-го!

— И мирное соглашение все еще действует.

— Разумеется.

— Я готова уступить тебе даже кровать на эту ночь.

Мои брови взлетают от столь щедрого предложения.

— Не откажусь.

Ольховская сдержанно улыбается и поджимает губы. Думала, я откажусь. Ну, во-первых, мы никто друг другу, чтобы я думал о ее комфорте. Во-вторых, мне нужна хоть крошечная, но месть за Ольховского. Это дело чести. Не драться же с Василиной? Я рискую исполнить другую угрозу на букву «В». После, правда, притвориться, что ничего не было, будет сложнее. С «чмоком» проще. Язык соскользнул. А за своим бывшая вообще редко следит.

С ровной спиной, гордая Вася идет в душ, быстро бросив в меня свой пламенный взгляд, под которым мои ноги слабеют и превращаются в труху. Неужели эта Миссис Ольховская продолжает на меня влиять? Да бред!

Она выходит вся душистая, распаренная и садится на расправленное одеяло на полу, где спал я все последние ночи. Громко откашливается.

— Вторую подушку не дам, – говорю.

— Я и не прошу.

— Воспользуйся сумкой-холодильником, – улыбаюсь и скрываюсь в ванной.

Здесь пахнет розой или другим цветком. Никогда в них не разбирался. Все стекла и зеркала запотевшие. По баночкам с шампунями и прочей лабудой стекают капли. Отчего-то возбуждаюсь, глядя на их извилистый путь. Представляю далеко не баночки, а…

— Коза! – ругаюсь и опускаю руку к паху. Вынудила.

Когда я выхожу из ванной, Ольховская, отвернувшись к стене, спит. Или делает вид. Я-то знаю, что уснуть на таком жестком полу получается далеко не сразу.

И как я и сказал, Василина начинает шевелиться и громко вздыхать. Охать.

— Ладно, – сдаюсь и проклинаю себя за слабость. Нельзя быть таким добрым по отношению к предателям, пусть они и вкусно целуются. – Ты можешь вернуться на кровать, но… Без рук, договорились?