Онлайн книга «Там, где тебя нет»
|
— Что задумался, Абу-Таир? – голос Салима вырывает меня из пучины мыслей. — Я поторопился в выводах, Салим. Срок давности прошел, дело давно в архиве. Так что оставлю Мадину на суд Аллаха. Так будет правильно. Он мудрый и справедливый, он разберется с ней. — Ты все узнал, что хотел, Таир? — Где я могу найти этих людей, Салим? Арсения и Семена? Тех, кто завербовал Катю? — Их давно нет… Четыре года назад они раскрыли себя и получили от американцев пулю в лоб. Дело было в Сирии… Провалили операцию и были ликвидированы. Замечаю, как громко вздыхает Катя… Новость ее радует или… Печалит, тревожит, успокаивает – в ее глазах столько невыразимых чувств, что мне сложно понять, что она испытывает на самом деле. Наверное, страх, как и я… Мы должны были сюда приехать. Вопреки здравому смыслу – должны были… — Это они определили местом жительства Кати город, куда поселили меня? Только я действовал по приказу СВР, а Катя… — Конечно, они. Катя же сама знает. Не знаю, кто им сказал о тебе… Очевидно, и в вашей конторе водятся крысы, – отвечает Салим, ерзая на месте. Не терпится закончить разговор и убить нас? — Салим, ты все узнал, что хотел? — Не совсем, Таир. Ответь – ты когда-то был искренен? – он вскидывает полный боли взгляд. – Два года ты выжимал из меня все –мысли, планы, чувства… Ты стал моим братом, а потом чир. (Кровный враг по чеченски. Примечание автора). — Прости меня, Салим. Давай примиримся, отпустим вражду. Много крови пролилось, ты не находишь? Ты знаешь, что спасет мир, Салим? Я думал, что во мне ничего не осталось, кроме расчета и цинизма. Пока не встретил любовь, – бросаю взгляд на встревоженную Катю. – Любовь спасет тебя. Исцелит сердце и душу. Прощение, вот что нужно… Ты можешь быть счастливым, Салим. — Хватит, Таир! – рычит Салим, поднимаясь из-за стола. – Я воин и таким останусь. Он приказывает своим людям развязать нам руки и отпустить. Черт, я правильно понимаю, что он говорит? Басир облегченно вздыхает, когда шавки развязывают веревки и спрашивают Салима по чеченски, куда нас вести. — Идите на все четыре стороны, Таир. Будьте прокляты. Ты и твое государство, которое использовало тебя. И меня… Будь проклято ЦРУ… Надеюсь, Аллах поступит с вами по справедливости. А теперь… вон. Вон! Вон, я сказал! От его звериного крика закладывает уши. Катя и Айшат бросаются к нам. Басир обнимает жену, я хватаю Катю за локоть и закрываю своим телом. Не верю ни единому его слову… Он правильно дал себе определение – воин-убийца, не прощающий никого… — Басир, у тебя есть что-то с собой, – шепчу, когда шавки ведут нас по гравийной дорожке к воротам. — Нас отпускают, Таир. Сыночек мой, я так рад, что Аллах дал мне немного времени побыть с тобой. Он подарил нам тебя… Подарил старикам счастье, – в его глазах блестят слезы, подбородок подрагивает. — Не верь, Басир. Не мог он так… Ворота открываются. Скрежет ржавого металла разрезает густую горную тишину. И в этот звук вплетается грозный крик Салима: — Я воин, Абу-Таир Ибрагимов! И я никогда никого не прощаю – тем более кровных врагов! Чи-и-р! Чир! После его слов двери открываются, выпуская на волю собак. Они лают, являя взору окровавленные пасти, белоснежные зубы и длинные блестящие языки. И бегут прямо на нас. — Спасайся, Таир. Собаке собачья смерть. |