Онлайн книга «Мы не навсегда»
|
— Папуль, такси скоро подъедет. Мы пошли, – застываю в коридоре, прижимая сонного Ваню к груди. — Сонечка, а себе-то ты вещи не взяла? – спохватывается Галина Александровна. — Ой, нет. А у меня тут… А разве… — Есть кое-что, маечку сейчас найдем и трусики. Я халатик свой положу. Ничего, все обойдется. А завтра мы с Пашей посидим с Ванюшкой, ты домой съездишь. Паша, найди новую зубную щетку для Сони, чего сидишь? Потом поспишь… Тебе еще с Ричи гулять. Водруженная ребенком и сумкой, спускаюсь по ступенькам на улицу. Перебираю мысленно, что я могла забыть? Ваня спокойно спит, зарывшись носом в мою мягкую хлопковую кофту. Ловлю себя на мысли, что за короткое время успела запомнить, что он любит. Лежать так точно нет… А сидеть на руках всегда, пожалуйста. Неумело укладываю малыша в автокресло подъехавшего такси и звоню Марине. Может, она кого-то знает из первой детской? Перевожу взгляд на вмиг заснувшего Ваню и тихонько произношу в динамик: — Марин, у Вани высокая температура, мы едем в первую детскую больницу. Ты… Извини, что я так… — Все нормально, Сонь. Тебе только этого не хватает для полного счастья! Ты что, решила все-таки оставить мальчика? — Марин, я не поэтому… Я и не думала еще об этом, – отмахиваюсь от неудобных вопросов, с силой растирая переносицу. – Он горит и тяжело дышит. — Сейчас заведующей приёмным отделением позвоню. Она моя однокурсница. Молодец, что позвонила, Сонь… Сейчас бы тебя вопросами замучили. Ты отказ от ребенка взяла? — Взяла, – вздыхаю облегченно. Такси паркуется на площадке возле больничных ворот. Забираю Ванечку и погружаюсь в объятия осенней ночи. Аккуратно ступаю по темной дорожке к светящемуся пятиэтажному зданию. — Тише, Ванечка, не волнуйся. Тебя сейчас тетя доктор послушает… Все будет хорошо, – глажу проснувшегося малыша по голове, чувствуя, как от волнения слабеют ноги. Меня же сейчас засыпят вопросами! С каким весом ребенок родился? Какая группа крови? На мое счастье, коридор пуст. — Здравствуйте, – приоткрываю дверь смотровой комнаты, встречаясь взглядом с миловидной женщиной в розовой пижаме. – Моя фамилия Тарасевич. Вам… звонили… — Проходите, – улыбается она. – Марина только что позвонила и рассказала вкратце вашу… ситуацию. — Да, мальчик сегодня потерял мать. Отказ от ребенка она успела подписать за несколько дней до смерти, – тянусь суетливо в сумочку. — Не торопитесь, Софья. Кладите ребенка на столик, я его сначала осмотрю. Меня Тамара Сергеевна зовут. — Очень приятно, – раздевая Ванечку, отвечаю я. Тамара осматривает мальчика, светит ему в горло фонариком, слушает легкие, ощупывает лимфоузлы, выстукивает грудную клетку… А со мной в этот момент творится что-то невероятное: мне до ломоты в груди боязно услышать диагноз. Какое мне до малыша дело? Он не мой! Тогда, почему у меня от волнения дрожит подбородок и мутится в глазах? — Бронхит, – заключает Тамара Сергеевна. – Хрипы мелкопузырчатые над всей поверхностью легких, дыхание жесткое. Справа в нижней доле небольшое ослабление дыхания, возможно… — Пневмония? – почти вскрикиваю я, на миг почувствовав себя истеричной мамашей. — Завтра узнаем. Я оставляю вас в отделении. Вы… сможете ухаживать за малышом, Софья? Кормить, купать, выполнять процедуры? — Наверное… Да, – судорожно киваю, замечая недоверчивый взгляд Тамары. – Точно да… |