Книга Мы не навсегда, страница 54 – Елена Левашова

Софья.

Марк бросает на меня несчастный взгляд… Прощается сухо и покидает кабинет.

Дверь шумно закрывается, отрезая меня от прошлого. Заживо… А оборванные нити судьбы пульсируют, распространяя по телу невыносимую, как горячая лава боль. Я приваливаюсь к столу, устремляя взгляд в одну точку… Стаканчик с ручками, блокнот, сложенные в стопку истории болезни, штампы, скотч, чья-то чашка с недопитым чаем. А потом предметы размываются, превращаясь в неразличимую массу… Глубоко вздыхаю и спешно утираю выступившие слезы. Кажется, сегодня была наша последняя встреча… Во всяком случае новой я точно не допущу… Пусть он звонит по «деловым» вопросам, рассказывает о ходе следствия. Но встречаться… Больше нет.

— Сонька, что случилось? – мягко произносит Толик, подойдя ближе. – Он… обидел тебя? Так я и знал, что этот напыщенный хлыщ что-то отмочит!

— Перестань, Толь, – почти всхлипываю я. – Мне и так… Я и так… Господи, почему же все со мной… вот так! – повторяю одну и ту же дурацкую фразу.

— Сонечка, выпей воды, – взволнованно говорит он. Шагает к кулеру и наполняет стаканчик. – Этого следовало ожидать, Сонь. Он слишком… избалованный, властный, привыкший получать все по щелчку пальцев.

— То-оля… Ну, прекрати ты. Самой тошно, – забираю стакан из его рук и глотаю воду. Если бы она могла меня успокоить…

— На что ты повелась, не понимаю? На смазливую внешность? Ну да… Мужик видный, но больше ведь ничего!

— Толька, я сейчас уйду, слышишь? Если ты не прекратишь.

— Я слышал об убийстве Виктории, – переводит он тему, присаживаясь рядом. – Марина позвонила мне, когда я сюда ехал. Это ужасно, Сонь… И про мальчика я тоже знаю.

— Толь, а ты знал, что Павел мне изменял? Скажи честно хоть сейчас, пожалуйста. – Отрезаю, впившись в Толика взглядом.

— Нет, конечно. А зачем мужику изменять рядом с такой женщиной, как ты?

— Прекрати, – отмахиваюсь и поднимаюсь с места. Подхожу к окну, застывая перед завораживающим пейзажем. Ночной город сверкает огнями, чернильное небо укрывает крыши домом мягкой шалью, костлявые ветви качаются от порывов сентябрьского ветра…

— Сонька, – Толик бесшумно подходит и кладет ладони мне на плечи. Разворачивает меня к себе и зарывается носом в мою шею. Слишком откровенно… И слишком неожиданно.

— Толь, ты чего?

— Я всегда тебя любил, Сонь, – хрипло шепчет Толя. – Не смел мешать твоему счастью, пока Павел был жив. А потом… Мы ходили в кино, пару раз на свидания, но ты не воспринимала меня всерьез. Отмахивалась, предпочитая таких мужчин, как Барсов.

— Ты же знаешь, что у меня никого не было после Паши… Каких мужчин? – удивленно вскидываю взгляд.

— Я выучил твои предпочтения за… все эти годы. Павел был таким же – красивым, ярким, успешным. А я надежный, Сонь… Я не изменю и не подведу. Меня пытать будут, бить, унижать, но я не сдамся… Не оставлю свою женщину. Не позволю ей плакать. А этот… Он позволил. Обидел тебя и свалил в небытие. Что тебя в нем привлекло? Секс, Сонь? Так ты не позволила показать, каким я могу быть нежным, а я…

— Толик, миленький, перестань, пожалуйста, – взмаливаюсь и отстраняюсь от его горячей, вздымающейся груди. – Я тебя как друга люблю. Не больше…

— А ты посмотри на меня, Сонь. Я вот что придумал – выходи за меня, Софья Васильевна. Давай этого мальчонку усыновим? Нечего ему в доме малютки расти.