Онлайн книга «Плохая жена. Цена свободы»
|
— Будет зависеть от вас. — От меня? Я не против продать вам завод. Если дело в документах и… — Алина, мне кажется, вам жаль расставаться с ним. — Нет. Я… Мне жаль людей, Давид. Жаль видеть, как приносящее миллиарды предприятие, угасает. Разрушается, умирает… Я… Там, куда мы едем, работает семьдесят человек. Не считая директора и бухгалтерии. Я все развалила, понимаете? Я ничего не смогла сберечь и приумножить. И все из-за… — замолкаю, пожалев о внезапном порыве разоткровенничаться перед Галеевым. — Вы не виноваты, Алина… Михайловна. Вы… Вы девочка. Заводом не каждый мужик сможет управлять. И это ответственность вашего отца… Если уж он так хотел процветания своего детища, мог бы нанять перед смертью управляющего, или… — Его убили, Давид. И мой папа ничего не успел сделать. Я… Я вступила в права наследования совсем девочкой. Но сейчас-то я не девочка, как вы говорите… Я… Он улыбается и снимает мою напряженную кисть с руля. Дорога убегает вдаль, небо набирает синеву, а я… Не дышу почти… Он прав — я девчонка, а не взрослая женщина… Почему-то возле него я себя именно так и ощущаю — беспомощной, маленькой девочкой, отчаянно нуждающейся в понимании… Давид переплетает наши пальцы и молчит. Слишком интимный жест, требующий моей немедленной реакции… Но я не могу добровольно высвободить руку… Не могу отказать себе в удовольствии ощущать твердость и жар его пальцев, понимание и сочувствие, струящееся невидимыми волнами… Однако, вырвать ладонь из захвата его руки мне все же приходится. Дорога сворачивает в сторону цеха, перерабатывающего стекло и пластик. — Почти приехали, — говорю очевидное я. — Хорошая дорога, асфальтированная. Даже остановка есть. Вы это делали? — Да, за свой счет. Хочу, чтобы людям было удобно. Давид, я их всех знаю по именам… Большинство поздравляю с днем рождения, дарю подарки. Приезжаю в гости. — И вы говорите, что ничего не делаете? Вы… Алина, вы самый душевный руководитель. Я вот, к своему стыду, ничего не знаю о семье… хм… бухгалтера, например. Пахнет разнотравьем, свежестью… Немного — раскаленным металлом и пластиком. И надеждой, против воли поселившейся в душе… Почему мне с ним так легко, не понимаю? Давид ускоряет шаг, а я отвлекаюсь на сообщение подруги Варьки… «Скандал в королевстве. Давид Галеев изменил очаровательной супруге со стриптизершей Глашей. Сохранят ли молодые семью? Уважаемые подписчики, а вам что-то известно о похождениях столичного красавца и сердцееда? Пишите в комментариях». Просматриваю пост с миллионными просмотрами… Комментов куча… И все — злые, осуждающие… Значит, он — обыкновенный ходок? Тот, кто любой залезет под юбку, если представится такая возможность? А я, дура, поверила в его искренность и понимание… Глава 8 Давид. Алина Михайловна тепло здоровается с полноватым мужиком в очках с толстыми линзами. Справляется о здоровье его жены, интересуется, поступил ли его сын в универ. Странная она… Закрытая, напряженная и… удивительная… Не такая, какой ее описывал отец. Лучше… Искреннее, честнее… Я не думал, что такие до сих пор есть… Пока Николай Яковлевич расшаркивается перед «крутым» гостем, нервно оглаживая торчащие в разные стороны седые кудри, мысленно возвращаюсь в прошлое… И как наяву вижу другое лицо — сосредоточенное, будто высеченное из камня. |