Книга Болевой порог, страница 19 – Ольга Вечная

— Понятное дело, все тянут одеяло на себя.

— Вы расстроились?

— Мне просто жаль. - Что ты снова появился, и мне снова надо сваливать. - Что семейной клиники больше не будет. Я понимаю, что дела шли не очень, и наедине могу сказать о главных ошибках Семенова. Но можно было бы попробовать все изменить.

— Я пока только начал разбираться, но судя по всему, он воровал.

Сжимаю губы, размышляя, проверка ли это.

— У клиники есть душа или миссия. Мы, понимаете, растим детей. Крошки, которых к нам приносили сразу после рождения, уже готовятся идти в школу. Многие родители водят к нам двоих или даже троих детей. Наша клиника - единственная на районе, людям придется возить малышей в соседний. Почему бы… - я замолкаю.

— Почему бы что?

— Вам не развивать оба.

Его очки очень темные (даже слишком для ранней весны), и я не могу видеть глаза. Следующие слова он снова произносит так, будто боится кого-то разбудить:

— Давайте обо всем по порядку. Возьмите на заднем сиденье список, начните с первой фамилии. Ваша характеристика по каждой кандидатуре плюс итоги вчерашнего интервью.

На заднем сиденье и правда куча бумаг, я беру верхнюю и пробегаю глазами фамилии наших врачей, выстроенные в алфавитном порядке.

— Может, будет лучше, если я оформлю письменно? Пришлю на почту. Просто подумала: люди новые для вас, вряд ли вы запомните.

— Нет, рассказывайте. Ехать долго, надо занять время, а у меня хорошая память на слух.

Чувствуя себя слегка дурой, я достаю свои заметки по Артемьевой.

— Итак, начнем с самого интересного - Яна Владимировна.

Он морщится, словно я припечатала неврологическим молоточком ему по пальцу.

— Ее оставим на финал.

— Она наш ТОП вообще-то.

— Так ли нужен в семейной клинике дерматолог-косметолог?

— Очень нужен. Даже став матерью, женщина по-прежнему хочет выглядеть здоровой и красивой. Я могу сказать по себе - если в беременность кожа буквально светилась, то после... - осекаюсь, опасаясь дать ему повод себя оскорбить. - В общем, мне нужен был человек, который подобрал бы необходимый и, главное, безопасный уход для кожи. Артемьева - прекрасный чуткий специалист.

— И чего хочет чуткий специалист? - вздыхает он.

Я прочищаю горло и начинаю рассказывать, постепенно переходя к характеристике.

Не просто отзывы зачитываю: у меня под рукой статистика по доходам, которые приносит данный врач. Иначе грош была бы мне цена, как финдиректору.

Спустя десять минут Морев делает остановку у кофейни. Оставшись одна в машине, я пытаюсь собрать мысли в кучу. Поиск скрытого смысла в каждой фразе ужасно изматывает, кажется, я даже немного вспотела. Включаю радио, чтобы заполнить голову чем-то кроме напряжения. Слушаю хит и пританцовываю. Лиза пишет сообщение, что доклад на пять, и я улыбаюсь.

Морев возвращается спустя несколько минут с двумя пластиковыми стаканами.

— Я же говорила, что не пью столько кофе.

— Чай с мятой, - говорит он, снимает очки и улыбается. Да как-то так запросто, будто вдруг признает мое право на существование. - Если не ошибаюсь. Горячий только. Софи?

— Спасибо, - я обескураженно принимаю стакан, делаю глоток и ставлю его в подстаканник. - Но все же не стоило.

— Запомните на будущее: я не люблю есть или пить, когда кто-то смотрит голодными глазами.

— Я не голодная. И могу не смотреть.