Книга Несбывшаяся жизнь. Книга 1, страница 125 – Мария Метлицкая

Да, все хорошее быстротечно, и остатки лета пролетят, как водится, в один день, оставив только воспоминания. Лишь вначале воспоминания эти будут яркими, подробными до минуты. Со временем они неизбежно станут расплывчатыми, нечеткими, распадающимися на кусочки – так, что не собрать, да и вряд ли это нужно… И снова придут холода и дожди, и исчезнут, как не было, эти бескрайние, бесконечные голубые небо и поле, сливающиеся на горизонте, и ощущение счастья тоже пройдет, растворится, рассыплется…

Лиза подавила зевок. Уснуть неловко, невежливо, но сопротивляться не было сил, – и, засыпая, еле слышно пролепетала:

— Я посплю? Ты не обидишься?

Сколько она проспала? Полчаса, час? Проснулась оттого, что почувствовала его губы на своем лице.

Прикасался он осторожно и нежно, бережно и так трепетно, что в первую секунду, со сна, ей показалось, что на щеку ей села бабочка.

Но тут же Лиза почувствовала острый незнакомый запах – запах молодого и крепкого голодного тела, настоящий мужской запах, пугающий и притягивающий, от которого она давно отвыкла. А может, и вовсе не привыкала: от Дымчика пахло хорошими сигаретами, французским одеколоном, но вряд ли – мужчиной…

Открыть глаза, вскочить и возмутиться?

Дескать, ты что себе позволяешь?

Не-а. Ни за что. Она не вскочит и не возмутится. И даже не откроет глаза.

Она же спит, правда? Она спит, и ей это снится.

Все снится, все. От начала и до…

Они держались за руки и молчали.

Наконец он спросил:

— Когда вы обратно?

— Через шесть дней, – ответила Лиза.

— Не уезжай, – попросил он.

Она рассмеялась.

— Ты шутишь? Как это – не уезжай? У меня, между прочим, работа! Дочка идет в первый класс. Ну и вообще, у меня там… – она чуть запнулась. – Своя жизнь, Леша.

— А здесь? – спросил он. – Просто короткое приключение, интрижка в отпуске? Только честно.

— Я не знаю,– честно ответила она.– Но я точно знаю, что здесь, сейчас, мне так хорошо, как давно не было… И это честно.

Домой вернулись к закату, когда солнце – красное, как восковое реквизитное яблоко, – почти опустилось за горизонт.

В руках Лиза держала корзину с грибами и огромный, чуть подвядший букет сиренево-синих люпинов, которые, оказавшись в эмалированном ведре, тут же воспряли, встрепенулись и ожили.

Увидев грибы, женщины заохали и взялись за чистку, и скоро по дому разлился сладкий запах грибного бульона.

Анюта рисовала и бросала короткие, но многозначительные взгляды на мать.

Лиза лежала на кровати и смотрела в потолок.

Ничего себе поворотик. И как ее занесло? Сама от себя не ожидала. Он-то – совсем мальчишка, пацан, с ним все понятно, молодая кровь. Но она! Разумная взрослая женщина, мать дочери-школьницы, врач и серьезный человек! Как ее занесло, как сподобило?

«Да ладно, что разбираться, – зевнула Лиза. – Я свободная женщина и имею право на маленькие слабости. И вообще, это больше не повторится. Этот эпизод – случайность. Просто хорошо проведенный день, непредвиденный и неожиданный, да что тут такого? И при чем тут мать и врач, вообще смешно!»

Но назавтра Леша стоял под забором.

— Что не заходишь? – недовольно спросила она.

Смутившись, он пожал плечами.

— Пройдемся?

Вздохнув, Лиза кивнула.

— Пройдемся.

Они шли по улочке и молчали.

— Леш, – сказала она наконец, – ты хороший парень. И мне с тобой было очень хорошо. Но, Леша! Слишком много «но». Слишком, понимаешь? Ты здесь, я в Москве. У меня дочь. И, в конце концов, я старше тебя! Прости, но я не вижу развития событий. Совсем не вижу. И не потому, что…