Книга Бутоны зла. 31 история для мрачных вечеров, страница 170 – Мария Токарева, Елена Михалёва, Саша Гран, и др.

— Цзецзе не тяжело нести меня? – спросила Ху Син, высовывая из корзины черный острый нос.

— Нет, твоя цзецзе очень сильная, – заверила ее Ли Шу и тотчас обругала себя, вот ведь, подхватила от нее это «цзецзе».

— Моя цзецзе самая сильная на свете, – зафырчала в ответ Ху Син, сворачиваясь в корзине клубком.

«Твоя цзецзе очень обо всем этом пожалеет», – подумала Ли Шу, занося корзину в заброшенный дом и поставив ее посреди комнаты. Полумрак лег на плечи тяжелым грузом.

— А как я узнаю, что время пришло? – тихо спросила Ху Син, когда Ли Шу, понурившись, отступила от корзины.

— Ты почувствуешь, маленькая лиса, – раздался голос хозяина, едва не заставивший Ли Шу вздрогнуть.

Он вышагнул из теней, сбрасывая скрывающие его чары. Ху Син тут же опрокинула корзину и, выбравшись наружу, приняла человеческий облик. Бросив злой взгляд на хозяина, Ху Син попробовала ринуться на него, но сразу отпрянула. Около нее очертился пылающий огнем круг печати, запирающей внутри любую энергию и выпивающий ее.

— Не думал, что поймать хули-цзин будет так просто, – усмехнулся хозяин.

Ли Шу тоже не думала. Она до последнего надеялась, что Ху Син что-то заподозрит, почует своим лисьим носом угрозу. Что на самом деле у нее расставлена ловушка для Ли Шу и она вот-вот съест ее душу. Но ничего из этого не произошло, и теперь Ху Син, бесконечно красивая в своем алом ханьфу, стояла посреди танцующих языков пламени, гневно сверкая огненными отсветами в зеленых глазах.

— Никогда не верь тому, на ком наложены чары подчинения, – зло и самодовольно улыбнулся хозяин.

В кои-то веки Ли Шу была с ним согласна. Именно по его приказу она пошла звать Ху Син, и конечно, хозяин предварительно запретил ей «действительно сговариваться с Ху Син о том, как извести его». Теперь же круг, в котором находилась Ху Син, выпивал ее силы.

Все, что останется хозяину после, – собрать лисью ци и выпить, точно вино.

— Если будешь молить о пощаде, я сохраню тебе немного сил и возьму в качестве второй служанки, – великодушно предложил хозяин.

В ответ Ху Син лишь засмеялась. Пламя плясало вокруг нее, отбрасывая змеящиеся тени на стены. И чем выше становилось оно – тем слабее Ху Син. Выл за стенами не по-весеннему злой ветер, скрипели стены старой хижины, и ветви деревьев стучали по крыше. Плясало пламя, опаляя полы ханьфу, а Ху Син заливисто смеялась, обмахиваясь веером. И кровавая надпись «цветок в зеркале, луна на воде» горела немым укором.

Ли Шу отошла на несколько шагов назад.

— Куда?..

Но окончания вопроса Ли Шу не услышала, воткнув и во второе ухо плотную восковую пробку. Звуки все стихли разом, и в навалившейся тишине Ли Шу выдохнула лишь одно короткое слово, пробудив точно такую же печать, очерченную более широким кругом. Она не могла позволить себе удовольствия полюбоваться изумлением, застывшим на лице хозяина, ведь, прочти она невольно приказ по губам, все будет зря, она не сможет не подчиниться.

Новый пламенный круг взметнулся. Ли Шу для надежности закрыла уши еще и ладонями и смотрела только в пол. Она видела, как погасла печать, сдерживающая Ху Син, и как тень ее с мечущимися хвостами ринулась в сторону хозяина, заставив его испуганно отпрянуть. Она видела взмах руки с заострившимися когтями и то, как кровь окропила сухие доски.