Книга Бутоны зла. 31 история для мрачных вечеров, страница 154 – Мария Токарева, Елена Михалёва, Саша Гран, и др.

Миранда скучала. О доме каждый день напоминал мамин подсвечник, стоящий на столе в ее комнате, и посылки, что приходили раз в пару месяцев. Денег у родителей было мало, но порадовать дочь они хотели, поэтому в коробке всегда лежала пара связанных мамой носков. Миранда уже не знала, куда их складывать, и даже начала раздаривать, но попросить маму прекратить не могла – ее забота грела сильнее любой шерсти.

В последней посылке, которую Миранда получила утром, она нашла газету двухнедельной давности. Папа иногда присылал их, чтобы Миранда была в курсе новостей, и она действительно изучала каждую статью едва ли не под микроскопом, чтобы после окончания академии не сойти с ума от того, как все изменилось. Рассматривала вывески на задних планах фотографий, отмечала незнакомые слова в текстах, записывала имена политиков и звезд, мелькающих на страницах.

Именно поэтому она не могла пройти мимо статьи, которая касалась лично ее.

«ЛЮДИ ПРОТИВ МЕТАМОРФОВ. КОГО ВЫБЕРЕТ ПРАВИТЕЛЬСТВО?»

От одного лишь заголовка все внутри Миранды похолодело. Ее до смерти бесило, когда их противопоставляли друг другу: как будто большую часть жизни метаморфы не проводили в человеческом облике и не подавляли свою животную суть, чтобы вписаться в общество. Угнетаемых групп всегда было много, и среди метаморфов встречались представители почти каждой из них – на них негодование привилегированного класса обрушивалось с особой силой.

Текст статьи дал понять, что положением дел недовольны многие. Людей не устраивало, что государство тратило на метаморфов суммы, сравнимые лишь с затратами на наращивание военной мощи. Неудивительно: чтобы отстроить или хотя бы обеспечить всем необходимым места, определенные под учреждения для воспитания и контроля метаморфов, требовались не просто остатки бюджета, а значительная его часть.

Конечно, корпоративные рабочие винили самих метаморфов – «мы платим налоги, а вы кормите этих зверей!» – но Миранде хотелось бы напомнить им, кто виноват в произошедшем. Именно важные шишки в костюмах, где-то там, в кабинетах, куда не войдет ни один простой смертный, решили, что вакцину от испанского гриппа можно не проверять – это дорого и долго, а людей нужно «спасать» как можно скорее, – и ввели экспериментальный препарат сотням тысяч граждан. Если бы они действительно заботились о здоровье народа… впрочем, это уже не важно.

Метаморфы не выбирали быть такими. Но их гены мутировали, и теперь все, чего они хотели, – жить. Без ощущения, что вся улица провожает их взглядом. Без страха, что врач не выпишет им лекарство от простуды, потому что плохо учился и не знает, что какой-либо контакт с метаморфом не заставит его обратиться в соседского пса.

Просто жить. Как все остальные.

«Активисты требуют одного: сместить фокус с нелюдей на людей. Перестать тратить деньги на существ, которых следует истреблять, а не взращивать. Матери боятся отпускать детей на прогулки, пока метаморфы ходят по улицам, скрываясь за масками добропорядочных гражд…»

Миранда смяла газету так сильно, что бумажный шарик поместился в ладонь, и бросила его в урну у стола.

Прозвучал удар в колокол. Пришло время обеда.

В очереди в столовую Миранда встретила Оливию – соседку, которую в комнате она видела лишь после отбоя, и по совместительству лучшую подругу. Они втягивали друг друга в авантюры разного толка. В духе Оливии было забраться на какую-нибудь крышу среди ночи, чтобы проверить, поймают ли их, а в духе Миранды – стащить журнал, чтобы исправить себе оценку. И за то и за другое их не раз наказывали – даже расселить грозились, – но в единственном женском общежитии и так едва хватало мест, а они умели притворяться послушными ученицами, осознавшими свои ошибки.