Книга Между смертью и смертью, страница 73 – Юрий Соколов

— А цел ли храм сейчас?

— Не знаю.

— И в некрополе ты никогда не бывал?

— Почему же? Бывать — бывал, еще мальчишкой. Отец возил меня туда как-то. И склепы я видел собственными глазами. И стражу некрополя. Больше, правда, ничего. Посторонних там не очень привечали, пусть и родственников адептов.

— А сколько склепов при храме было всего?

— Около сорока. Точнее не скажу.

— И с какой стороны от Лавануи находилась Дубрава ожидания?

— Э-э-э… На юго-востоке. Причем следовало бы взять скорее к югу, чем к востоку.

— Благодарю тебя сердечно, уважаемый! Я разыскиваю разумного, который не жив и не мертв. Не думаю, что это твой дед. Но если все же он, или я обнаружу того, кого ищу, в склепе по соседству, получишь достойное вознаграждение. А пока удачи тебе в торговле. И если припомнишь еще что-то, о чем следовало бы рассказать, но ты запамятовал, смело шли ко мне лучшее связное заклинание. Затраты возмещу вдвойне.

Расставшись с приказчиком, я решил здесь же, в «Октагоне», пообедать. И правильно поступил. Следующий стан, в который приехал, минувшей ночью сильно пострадал от нашествия монстров из центра Экситиума. Прорвавшись через засеку, упыри первым делом съели повара-каторжника и обоих вольных харчевников, что имели тут заведения. Готовить нормальную еду после этого оказалось некому. Выжившие спешили восстановить поваленные вышки и заделать до темноты прорехи в заграждении, питаясь гнусным хрючевом, которое утром по жребию сварганил для всех бывший колдун-отравитель. Его ругали в мать, бабушку и прабабушку, обещали съесть самого, клялись кастрировать за осквернение общего котла. Мне казалось, что раз временный повар дожил аж до средины дня, угрозы в его адрес так и останутся угрозами. Он уже однажды избежал казни перед тем, как сюда попал, отделавшись принудительной сменой класса по приговору и тридцатилетним сроком. Хотя тогда, будучи одержим демонами, весьма мучительным способом отправил в Мир Теней за сотню душ. А сейчас всего лишь понос кое-кого прохватил, да бурчало в животах у остальных.

Я объехал стан сперва по малому кругу, а затем по большому. Интересовало, куда делись монстры после того, как их нападение было отбито. Не находятся ли они сейчас все где-то на полдороге к следующему лагерю? Люцифер изучал следы не менее внимательно, чем я, и наконец сказал:

— Ничего не понятно. Кроме одного: твари не отступили обратно во внутренние области.

— Да, верно, — согласился я. — Они вообще не соблюдали какого-либо порядка. Не выбрали для отхода конкретное направление. Должно быть, просто рассосались по окрестностям и ждут следующей ночи. Штурм повторится. А может и среди дня начаться: смотри, погода портится. Лучше слинять отсюда побыстрее. Я не хочу проявлять солидарность со здешними раздолбаями и вставать с ними плечом к плечу в обороне. Слишком плохая у них тут организация всего.

— Вдруг и у соседей так?

— Скоро узнаем.

Опасения Люцифера оправдались. В очередном — уже четвертом — стане на нашем пути нам тоже не понравилось, хотя его никто не штурмовал. Зато пятый оказался большим, благоустроенным, и казался неприступным. Здесь мы решили остановиться. Приближался вечер — вряд ли впереди найдется место для ночлега еще лучше.

Население стана было смешанным — и каторжники, и добровольцы. Вот так выверт! По Экситиуму в целом волонтеры с заключенными не очень дружили. А здесь смогли взаимную неприязнь преодолеть.