Книга Между смертью и смертью, страница 69 – Юрий Соколов

Ха!.. Фортуна в очередной раз мне благоволит. Будет где отсидеться в минуту жизни трудную. И даже отлежаться, отлечиться, если что-то пойдет совсем криво.

Едва взглянув на свои сокровища и в очередной раз убедившись, что их никто не трогал, я осторожно проверил, смогу ли переместиться куда-либо за пределы Экситиума. Вот хотя бы на место последней ночной стоянки конвоя перед каторгой… Каст шел гладко. Я не стал его завершать — прервал на последнем слове, потому что в самом деле появляться по ту сторону вывернутого Покрова в двух шагах от шлюза было совершенно незачем. Точно так же спокойно, в рабочем порядке, читался каст на обратный портал в заросли у тропы. Его я завершил. Проверил счетчик маны: визит в «мешок» обошелся мне в три раза дороже, чем обычно. Весь излишний расход пришелся на перемещение туда — это можно было предсказать и без проверки. Неприятно, однако вряд ли стоит сожалений.

Мандраж при первом касте еще неприятнее, но куда ж деваться-то? Повторю эксперимент позднее, закреплю опыт с помощью «Обращения к былому». Глядишь, предательская неуверенность отступит. Главное, что я и в Экситиуме могу попадать в «мешок» когда захочу. А если эфемер Велиара вздумает дурить, я захочу очень сильно! И когда безопасный ночлег здесь не сумею себе обеспечить, захочу не меньше. Или, скажем, потребуется срочно спасаться от Дона и его команды…

Я выехал из зарослей с чувством невероятного облегчения. Когда сворачивал в них, на успех предприятия почти не надеялся. В Экситиуме не было ограничений на внутренние порталы, кроме тех, что действовали у шлюзов и в опорных станах. Зато внешние блокировались так, как не блокировались больше нигде. Насколько я знал, еще никому за всю историю каторги не удалось прыгнуть за пределы Покрова. Но мой портал в «резиновый мешок» почему-то не был принят за внешний. Или, точнее, был сочтен таковым лишь самую малость. И я, пусть с «пересадкой», могу покинуть Экситиум хоть сейчас.

Кстати: а не дать ли уже «мешку» приличное название? Ну в самом-то деле — столь уникальное место негоже унижать случайным обзываловом, пришедшим когда-то в голову благодаря первым впечатлениям. Заметано: отныне именую «мешок» Убежищем. Не оригинально, зато хорошо отражает суть. И всяко лучше «мешка».

— Одобряю! — поддержал мое решение Люцифер. — Давно хотел предложить тебе подумать над этим.

— Взял бы да предложил, — буркнул я. — Зачем помалкивал?

— У тебя вроде бы всегда хватает над чем думать. Но если мало, немедля подкину пищи для размышлений! Что если портал отсюда в Убежище все же был внутренним?

— То есть физически оно находится именно в Экситиуме? Или привязано к какому-то объекту здесь? Маловероятно.

— Почему? Разве его не могла создать во время войны для каких-то своих целей одна из враждующих сторон? Разве не мог сделать того же самого еще раньше некий могущественный маг?

— То и другое возможно. Однако, повторяю, маловероятно. Допустим, ты прав. Тогда и трудности перемещения в Убежище сегодня были связаны лишь с тем, что через него можно с каторги сбежать. Но попробуй объясни, по каким причинам я оказался в нем в самый первый раз, когда меня в клан Нагибатора принимали. Какая может быть связь между непобедимыми и недавней войной Оргоя с Эльвейсом? С каким-то магом, который тоже если и существовал, то сравнительно недавно? Нет, Люц! Убежище создано в первые времена Версума, откуда непобедимые родом. Не позже. Тогда примерно понятно, почему система засунула меня в него на обряде. Я по происхождению еще древнее, — однако под старость лет вполне мог бы стать одним из первых игроков. Вот какие-то алгоритмы и сработали так странно.