Книга Исповедь смертного греха 4, страница 94 – Макс Вальтер

Лестница казалась бесконечной. Твари пёрли одна за другой. Они лезли сверху, появлялись из-за поворотов и тянули руки. Воздух с хрипом вырывался изо рта, пот заливал глаза, щипал, мешал смотреть, хотя вокруг стояла минусовая температура. Но я уже не думал. Тело работало само, подчиняясь рефлексам. Каин вывел перед глазами сетку координат, подсветил траектории, и я двигался по ним, как по рельсам.

Удар. Уход. Захват. Бросок. И так раз за разом.

Очередная тварь перевалилась через перила и полетела вниз. Я не смотрел, как она падает. Не до неё. Впереди уже маячит следующая. Снова захват и бросок… Я работал, как грузчик, который таскает тяжёлые мешки из бесконечного вагона. Только эти мешки извивались и тянули ко мне белые пальцы.

Отряд уже не стрелял. Мы перестроились. Саня с Кариной держали тыл и поочерёдно сбрасывали тварей, что поднимались снизу. Они периодически менялись, давая друг другу возможность немного отдохнуть. Дашка с Мартой страховали, помогали, когда очередная тварь цеплялась за одежду. Мишка с Лёхой шли в центре, берегли огонь.

Наконец мы вывалились в главный вестибюль. Я вскинул голову, осмотрел зал и закатил глаза. Твари стояли везде: у стен, за колоннами, у входа. Но в отличие от подземного уровня, здесь имелся кислород, и это меняло дело.

— Назад! — крикнул я.

Отряд втянулся обратно на лестницу. Я выудил из подсумка две гранаты, активировал, швырнул в вестибюль и захлопнул дверь. За спиной Саня с Кариной продолжали сбрасывать вниз тварей, что поднимались несмотря ни на что. Их становилось больше, но друзья пока справлялись.

За дверью ухнуло. Полыхнуло так, что щель между створками осветилась. Снова поднялся вой, низкий, вибрирующий, от которого заныли зубы. Гранаты сделали своё дело.

Я рванул дверь на себя. На пороге меня уже дожидалась тварь, которая потянула ко мне руки. Не думая, я выбросил ногу вперёд. Прямой удар в грудь отбросил её обратно в зал. Она врезалась в кучу горящих тел, поскользнулась, упала. Я шагнул в вестибюль и поднял дробовик.

— Двинули! — рявкнул я, — Быстро! Не останавливаться!

Позади загрохотали шаги. Мы ворвались в зал, заполненный огнём, дымом и белыми тенями. До выхода оставалось метров сорок. Но эти сорок метров предстояло пройти через мясорубку.

— В щитовую! — выкрикнул Мишка.

— Какая, на хрен, щитовая⁈ — рявкнул я. — Нас сейчас порвут! Уходим!

— Но там же…

— Да мне насрать! Жизнь дороже! Потом разберёмся!

Мишка кивнул, больше не споря. Он выскочил вперёд и вдавил гашетку. Пламя с рёвом охватило троих, что метнулись ему наперерез. Огонь вспыхнул, лизнул стены, осветил зал. И вдруг опал. Мишка снова надавил, но вместо струи вырвалось облако. Оно задело ещё одну тварь и оружие окончательно погасло.

— Пусто! — выдохнул он.

Лёха тут же занял его место и вскинул свой огнемёт как раз в тот момент, когда из-за поворота выскочил десяток тварей. Белые тела занялись, вой разорвал воздух. Но с другой стороны, от лабораторий, выбежал новый отряд.

Мы с Кариной открыли огонь, прикрывая спины товарищей. Дробовики рявкали, отдача била в плечи. Мы высадили остатки патронов за пару секунд, выбили передних, но задние продолжали лезть по телам.

— Уходим! — крикнул Лёха. — Впереди чисто!

Мы рванули к выходу. Двери, выбитые, с рваными краями, вывели нас в темноту. Я нырнул первым, выскочил на улицу, вдохнул ледяной воздух, и в голове немного прояснилось. За мной посыпались остальные.