Книга Новая фантастика 2026. Антология №10, страница 176 – Сергей Лукьяненко, Екатерина Пронина, Дарина Стрельченко, и др.

— А что делать до? Я же околею за ночь, – Виктор запахнулся плотнее и зябко поежился. – Сотвори какой-нибудь небольшой источник огня.

— М. И где он будет гореть? У тебя в комнате на полу?

— Не знаю! – сердито фыркнул Виктор. – Может, в котле. Может, повиснет в воздухе. Ты здесь знаток магии, если уж не каминов.

— Да? Ну тогда слушай внимательно: ничто не берется из ниоткуда. Я могу разжечь огонь в исправном камине с дровами. За остальным – к печнику. Я не могу сотворить чудо, полностью попирающее законы мироздания. Еще могу утащить тебя в Нижний, если тебя это устроит. Там тепло.

— С каких пор ты стал таким ворчливым, – вздохнул Виктор и, поднявшись, поплелся в комнату, чтобы соорудить себе гнездо из как можно большего количества одеял.

— Прикажи мне замолчать, – с толикой яда в голосе предложил Хель и, помолчав, добавил на порядок спокойней: – Просто меня несколько злит, что люди ждут от магии невозможного, даже не пробуя изучить ее как следует.

Виктор ничего не ответил. Он бы выпил горячего чаю, но очага до завтрашнего утра было не видать, а готовить его в котле Ишмы казалось кощунством. Поэтому он просто укрылся слоями одеял и смежил веки, пытаясь заснуть. Ночь обещала быть долгой.

— Двигайся.

На кровати внезапно растянулось еще одно тело. Пошебуршало, забираясь под одеяла и перетягивая половину себе.

— Что? Так ты хотя бы не околеешь.

Спорить с этим Виктор не стал. Облако тепла от Хеля было ощутимо.

Виктор уставился в потолок. Жизнь казалась предельно абсурдной и бессмысленной. Он потерял наставницу, так и не смог отвязаться от сервитора, не обрел друзей, не обрел любовь. Остался единственным чародеем в городе, и ежедневно люди несли ему свои беды в надежде, что Виктор сможет их решить. Эта надежда ярмом давила Виктору на шею. Теперь еще и камин разваливался.

— Не кисни, – подал голос Хель.

— Моя жизнь – это мрак.

— Ну вот, теперь ты сгущаешь краски.

— Я констатирую факт. Замерзну насмерть, а ты вернешься к себе.

— Все еще драматизируешь. И я не очень хочу к себе.

— Да ну? – слабый проблеск интереса сам собой просочился в голос Виктора. – Тебе там не рады?

— В каком-то смысле… мне там будут очень рады, – Хель умолк ненадолго. – Даже слишком.

— Как это? – впервые за очень долгое время они снова подняли эту тему, и, несмотря на упаднические настроения, Виктор крепко схватился за эту нить.

— Ну… – Хель неопределенно помахал рукой, поколебался, но потом фыркнул и все-таки продолжил: – Наша сила. То, чем мы творим магию. Она делится на каждого из живых в роду. Представь пирог – каждый член семьи получает по куску. У каждого рода – свой пирог.

— Так. И?

Хель цокнул языком.

— Ну а теперь представь, где кусок больше – там, где его разбирают десять сервиторов или, скажем, три?

— О, – выдавил Виктор, потрясенный осознанием. – Ооо. И вы… охотитесь друг на друга? Члены одной семьи? Чтобы увеличить долю каждого?

— Чаще да, чем нет. Я самый младший – мне и пирога досталось меньше всех, но мои братья и сестры с удовольствием разорвут мне глотку, чтобы стать немного сильнее.

— Какой ужас, – пробормотал Виктор.

— Что ужасного? Все как у людей. Как я и говорил.

— Люди так не поступают.

— Правда, что ли? – лица Хеля Виктор не видел, но точно знал, что он сейчас ехидно щурит глаза. – Ты видишь их каждый день. Каждый день слушаешь их просьбы. Знаешь, кто чем живет, чего желает, чего стыдится. Говоришь, не поступают?