Книга После развода. Курорт для бывшей герцогини, страница 16 – Диана Фурсова

— А если мы всё сделали неправильно? — спросил Олдер.

— Исправим сколько успеем. Всё равно лучше узнать об этом до комиссии.

Тесса посмотрела на лист.

— Сколько комнат?

Эстелия вспомнила вечерний обход.

Двадцать восемь гостевых помещений.

Шесть условно пригодны.

Чтобы заработать достаточно, шести мало.

Чтобы восстановить двадцать восемь, не хватит ни денег, ни людей.

— Двенадцать.

Бран чуть не уронил кружку.

— У нас шесть целых.

— Я хочу подготовить ещё шесть.

— За три недели?

— Попробуем уложиться.

— Вы никогда не ремонтировали этот дом.

— Не ремонтировала. Поэтому и прошу помочь мне разобраться.

— Да вы и мастеров здешних не знаете.

— Завтра познакомлюсь.

— Они за срочную работу столько попросят…

— Узнаю цену. Пока спорим о том, чего никто из нас не посчитал.

Он смотрел на неё так, словно пытался определить, шутит она или действительно сошла с ума по дороге из столицы.

— А если мастеров нет?

— Тогда откроем столько комнат, сколько сумеем подготовить.

— А двенадцать? Вы же сами сказали.

— Это сколько я хочу, Бран. Если стены окажутся против, придётся договариваться со стенами.

На этот раз Марта всё-таки рассмеялась.

Напряжение за столом немного ослабло.

Эстелия записала:

«Двенадцать комнат. Кухня. Главный вход. Внутренний двор. Нижний источник».

Потом перечеркнула «главный вход».

Перед глазами возникла осевшая лестница.

— Нет. Главный вход не трогаем.

Тесса посмотрела на неё.

— Гости будут заходить через кухню?

— Через восточную галерею. Там ступени целы, а от дороги можно сделать отдельный подъезд.

Бран нахмурился.

— Но парадный вход выглядит…

— Я видела. На одну эту лестницу уйдёт половина денег, а спать гости будут всё ещё негде.

Она добавила:

«Восточная галерея — вход».

— А бальный зал? — спросила Тесса.

— Пока закроем. Танцевать нам рано.

— Оранжерея?

— Тоже. Стёкла сейчас не потянем.

— Большая столовая?

— И столовую. Будем есть ближе к кухне.

Бран уже не скрывал потрясения.

— Так что же мы гостям покажем?

Эстелия посмотрела на него.

— Чистые комнаты. Накормим, проводим к горячей воде. А вид с террасы вы сами знаете. Я по дороге на него засмотрелась и забыла, что ноги промокли. Для начала нам хватит.

Бран хотел возразить.

Она подняла руку.

— Через год вернёмся к бальному залу, если заработаем. Я не против него, Бран. Но сейчас у нас на сто танцующих найдётся место, а на троих ночующих — едва-едва.

Смотритель сел обратно.

— Вы действительно собираетесь это сделать.

— Попытаюсь. Обещать больше пока не могу.

— Нет, я… Я думал, вы просто поживёте и уедете. А вы гостей ждёте.

Эстелия посмотрела на старые книги.

На бумагах были суммы, которых не видели работники.

За стенами — комнаты, где десятилетиями никто не ночевал.

Где-то в городе жил управляющий, получавший деньги за хозяйство, в котором отсутствовал.

А бывший муж был уверен, что подарил ей бесполезную развалину.

— Жду, Бран. Правда жду.

Утро принесло дождь.

Не ливень, а мелкую горную морось, от которой дорога становилась блестящей и вязкой. Эстелия уже начинала понимать, почему здешние люди говорили о расстояниях не в милях, а в часах пути.

Равенна оказалась небольшим городом, тесно прижавшимся к склону у развилки двух дорог. Каменные дома стояли почти вплотную. Первый этаж многих занимали мастерские и лавки, над которыми сушилось бельё и висели деревянные вывески.