Книга Злая омела, страница 10 – Розелин Эш, Саша Леоне

Моего отца больше нет.

ЭМИЛИЯ

Сегодняшний день...

Мои глаза резко открываются, и головокружительное пятно красного и зеленого заливает мое зрение. Сердце колотится, я моргаю, пока рождественские гирлянды, беспорядочно развешанные по потолку, не становятся четкими. На мгновение я полностью теряюсь. Где я? Не в Куантико, это точно. Всем наплевать на праздничное настроение в академии. Затем реальность накатывает волнами: конспиративная квартира. Нью-Йорк. Завтра я...

Внезапно холодный порыв воздуха ударяет мне в лицо, заставляя меня еще больше проснуться. Что-то... не так. Мою кожу покалывает как раз в тот момент, когда я вижу боковым зрением колышущийся занавес.

Черт. Я не открывала окна. Я знаю, что не открывала.

Паника клокочет в моей груди, но я подавляю ее. Успокойся, Эм. Тебя этому обучали.

Заставляя себя оставаться неподвижной, я опускаю руку под подушку, дюйм за мучительным дюймом. Мои пальцы касаются холодного металла, и напряжение сменяется облегчением. Одним плавным движением я вскакиваю на ноги, мой верный 9-миллиметровый пистолет нацелен прямо на темную фигуру, притаившуюся за тонкими зелеными занавесками.

— Кто там? — Мой голос звучит ровно, не выдавая ни капли адреналина, бурлящего в моих венах.

— Это действительно ты, Эмилия. —Темный, хрипловатый голос обдает меня знакомым теплом, от которого по всему телу бегут мурашки. О черт. Черт. Я знаю этот голос. Даже если годы стерли все остальные звуки в моей памяти, этот был выжжен. Уже много лет никто не называл меня полным именем. И никто другой никогда не говорил этого в таком тоне. — Если ты собиралась сбежать, тебе следовало остаться. Что заставило тебя приползти обратно в мой город?

Мой город. Да, это все решает. Теперь нет сомнений. Есть только один человек, достаточно смелый, чтобы объявить весь мегаполис своим.

— Рафаэль, — шепчу я.

Он выходит из тени, и внезапно мне снова становится шестнадцать, я вижу его впервые. Яркие рождественские огни окрашивают его в красный и зеленый цвета, превращая в какого-то праздничного ангела-мстителя. Дыши, девочка. Просто дыши. Но как я должна помнить о такой простой вещи, как дыхание, когда он стоит там, выглядя воплощенным грехом и олицетворением опасности?

Мое сердце начинает выполнять полноценную гимнастическую программу, пока я впитываю его, отмечая каждую деталь, сформированную за последние пять лет. Его темные волосы теперь длиннее, разделены пробором посередине, кончики непокорно вьются на затылке. Лицо стало более суровым, каким-то озлобленным, словно жизнь безжалостно его терзает.

Но меня замораживают его глаза — то же леденящее серебро, столь же красивое, сколь и опасное. Но сейчас это всего лишь жуткая, безжизненная пустота.

И все же это Рафаэль. Мой рафаэль, человек, который пожертвовал всем, чтобы спасти меня, даже когда это чуть не стоило ему собственной жизни. Мой друг.

Прежде чем я успеваю передумать, я бросаю пистолет на кровать и бросаюсь в его объятия. На моем лице появляется улыбка, подпитываемая смесью явного возбуждения и глубокой, неожиданной радости от того, что я снова вижу его.

Его ворчание вибрирует во мне, когда я обвиваю руками его талию. Но вместо теплых объятий, которых я жажду, его тело превращается в камень. Верно. Я и забыла, как он ненавидел, когда к нему прикасались после... всего. Как крошечные уколы иголок, пронзающие мою кожу, сказал он однажды.