Книга Просто ещё один летний враг, страница 3 – Ариэль Хендрикс

— Что тебе нужно? — мой голос дрожит.

Он вздыхает.

Я представляю его на другом конце страны, смотрящим в окно своего претенциозного пентхауса, словно владыка, обозревающий тёмный город, который он собирается терроризировать после полуночи. Наверняка он всё ещё в костюме, который стоит дороже аренды моей квартиры, а это недёшево, даже если мы пополам делим расходы с Акселем.

Там сейчас на три часа больше, если он вообще находится в Нью-Йорке. Когда я разговаривала с мамой перед её утренним рейсом, она сказала, что он много путешествует. Я не интересовалась подробностями.

Никогда раньше я не слышала, чтобы он звучал настолько... сломленно.

— Это касается твоей мамы... и моего отца.

Перед глазами всё расплывается, а пляж начинает кружиться.

«Нет... нет».

— Их больше нет, Саммер.

Саммер

Распорядитель похорон Айзек Мур почти сразу понимает, что мы с Дейтоном не ладим. Мы спорим обо всём — о продолжительности прощальной речи, о том, кто должен её произнести, и даже о том, какую песню включить во время процессии.

Наши родители всё предусмотрели заранее и уже купили два соседних места на кладбище. Эта часть бесила нас обоих.

Тело моего отца находится в Калифорнии. Его жена должна быть похоронена рядом с ним.

«Но именно этого хотела мама. Она выбрала Коупленда вместо Салливана».

Похоже, я стремительно вступаю в стадию гнева.

Я злюсь на неё за то, что она меня оставила. Бесит, что вынуждена проходить через всё вместе со своим придурочным сводным братом. Терпеть не могу жестокую несправедливость жизни. Я просто чертовски зла.

Единственное, в чём мы с Дейтоном согласны, — никто из нас не хочет разговаривать друг с другом напрямую. Мы обращаемся к распорядителю так, словно второго человека вообще нет в комнате. Он говорит с таким видом, будто это больше похороны его отца, чем моей матери. За исключением того редкого момента мягкости, когда он позвонил мне и сообщил о крушении самолёта, унёсшем жизнь моей матери, он остаётся холодным как лёд.

Когда я ворвалась в кабинет Айзека Мура на десять минут позже назначенного времени, Дейтон уже сидел с мрачным выражением лица. Меня не удивило, что его одежда соответствует цвету его души — вся чёрная.

А вот чего я не ожидала увидеть, так это широкой груди и массивных плеч. Даже под дорогой рубашкой на пуговицах заметны мощные бицепсы. Ещё в семнадцать лет он был ростом сто девяносто восемь сантиметров, но раньше его присутствие не было настолько подавляющим. Мальчишка, который издевался надо мной в старшей школе, превратился в мужчину на все сто процентов.

В мужчину, который явно не зря платит за абонемент в спортзал.

Ему совершенно не подходят эти потрясающие янтарные глаза. Такие глаза должны видеть глубже внешности, будто способны заглянуть под кожу, до самых костей. Он настолько бледный, что я почти уверена — у него дефицит витамина D. Синие вены на его предплечьях — именно то, о чём мечтают медсёстры на пунктах сдачи крови.

Ему очень идёт ораз вампира. Я бы даже не удивилась, если бы под его слишком полными губами, которые он всегда ненавидел, скрывались клыки. Волосы сёрфера, которые он отрастил, пока рос в Коконат-Бич, теперь коротко подстрижены. Слишком коротко. Они блестящие, гладкие и почти такие же тёмные, как его рубашка.