Книга Мне нельзя тебя любить, страница 39 – Инна Инфинити

— С кем?

— Один.

— А где твоя куртка?

Черт… куртка осталась у Иры. Кажется, я отшвырнул ее на кровать.

— Оставил в гардеробе на первом этаже. Можешь сходить проверить.

— И пойду, — угрожающе предупреждает. — А лучше пойду проверю в комнате москвички.

— Алина, ты мало выпила? У тебя бессонница? Так не стеснялась бы, пила побольше. Там на столе, кстати, был твой любимый коньяк. Зачем ты давилась вином?

— Зачем ты так? — в ее голосе слышатся слезы. — Ты же знаешь, что я стараюсь бросить.

Оставшись в одних боксерах, я иду к постели и залезаю под одеяло. Алина тут же льнет ко мне всем телом. Меня передергивает. Алина давно мне омерзительна, а после встречи с Ирой — вдвойне.

— Мне жарко, — сбрасываю с себя ее руку и отворачиваюсь на бок.

Чувствую, как Алина упрямо смотрит мне в затылок.

— Лев, я брошу пить.

Я слышал это уже тысячу раз.

— Хорошо.

— Я тебе обещаю.

— Угу.

— Я записалась на новую терапию.

— Угу.

— Ты же от меня не уйдешь? — ее рука опускается мне на плечо. — У нас может быть еще один ребенок…

Боже упаси.

— Алина, я сплю. Спокойной ночи.

К счастью, она больше не произносит ни слова, и я быстро засыпаю.

Лев

Утром я нахожу свою куртку в гардеробе. Ира ее отнесла.

— Ирина Максимовна, сказала, что не останется на завтрак, — сетует губернатор, спускаясь с лестницы. — Уехала рано утром. Сказала, важные дела.

Вениамин Петрович, как будто, расстроился. Этот хитрый жук чувствует, что его дни в губернаторском кресле сочтены, и все ищет пути, как дальше остаться у власти. Сначала ко мне подлизывался, теперь думает переметнуться к человеку из Москвы.

Но меня тоже ждут важные дела, поэтому, позавтракав, мы с Алиной и Арсением уезжаем. Жену с сыном я отвожу домой, а сам еду в штаб. Не успеваю переступить порог, как на меня сходу набрасывается мой политтехнолог Вика.

— Лёва, нам надо поговорить.

— Пойдем.

Виктория — политтехнолог со стажем. Она из Питера, работала там на губернаторских и парламентских выборах. Все ее подопечные всегда побеждали. Вике тридцать пять лет, у нее есть семья. Мне стоило больших усилий и больших денег уговорить ее вести мою предвыборную кампанию.

Мы заходим в кабинет и садимся на диваны напротив друг друга.

— Я узнала, кто у Самойловой политтехнолог, — сходу начинает.

— Кто?

— Андрей Мельников.

Я знаю его. Когда я искал себе политтехнолога, мне рекомендовали Андрея Мельникова, но я решил остановить свой выбор на Вике и даже не стал обращаться к Мельникову.

— Разве он круче тебя? — облокачиваюсь на мягкую спинку дивана и скрещиваю руки.

— Скажем так, он один из немногих, кого я считаю своим достойным конкурентом.

У политтехнологов тоже своя конкуренция. Чей подопечный наберет больше процентов голосов на выборах, с каким отрывом победит и так далее.

— И еще я узнала, за что москвичку поперли из министерства экономики.

А вот это уже очень интересно.

— За что?

— Помнишь, несколько месяцев назад в прессу слились президентские реформы? Там было про повышение налогов. Скандал разразился грандиозный.

— Помню.

— Еще там была реформа про сокращение в два раза бюджетных мест в вузах.

— Помню.

— Ее предложила Самойлова, — Вика довольно улыбается. — Говорят, она ходила по кабинетам и лоббировала эту идею. Сократить в два раза бюджетные места, ты представляешь!? Сделать высшее образование практически недоступным! Это было предложение Самойловой!