Книга Мне нельзя тебя любить, страница 1 – Инна Инфинити

ЛЕВ

— На выборах будет кандидат из Москвы, — вдруг говорит губернатор, провожая меня до двери. — Так что, Лев, тебе придется постараться, чтобы победить.

Хмыкаю.

— Это не более чем слухи.

— Не знаю, Лев. Мне это все не нравится. Я бы предпочел видеть мэром нашей столицы тебя. Но… — губернатор запинается.

— Но что?

Несколько секунд он задумчиво на меня смотрит.

— Грядут большие перемены.

— Конечно, — соглашаюсь. — Ведь я скоро стану новым мэром.

Жму губернатору руку и выхожу за дверь его особняка.

Собачий холод пробирает до костей. Тороплюсь к «Мерсу» и запрыгиваю в теплый салон. Зуб на зуб не попадает, поэтому я сразу не трогаюсь с места. Минут через пять отогреваюсь и завожу мотор. Метель сильно мешает обзору, так что еду медленно. Попутных машин нет. Еще бы. Почти двенадцать ночи и пурга, а фонари в нашей области толком не работают.

За пять километров до въезда в город я вдруг замечаю впереди очертания машины, въехавшей в дерево. Проезжая мимо нее, всматриваюсь и узнаю автомобиль из нашей службы прокатов авто. Вернее, из моей службы прокатов.

Резко сруливаю на обочину и торможу. Выскакиваю из салона и бегу к машине. Ноги тонут в высоких сугробах, замедляя движение. У автомобиля не горят фары, что говорит о выключенном двигателе. А раз не работает двигатель, то и печка в салоне тоже. В такой мороз это чревато холодной смертью в прямом смысле.

Добежав до водительской двери, достаю из кармана телефон и свечу в окно. Там девушка. Она опустилась головой на руль и вообще не двигается.

— Твою ж мать, — вылетает ругательство.

Дверь, к счастью, не заблокирована. Я откидываю девушку на кресло и бью по щекам.

— Ты жива? Очнись, очнись!

Девушка издает нечленораздельное мычание, и у меня с плеч падает гора. На ней норковая шуба, но в такую пургу она не спасет. Я беру с соседнего кресла дамскую сумочку, затем поднимаю на руки девушку и несу ее по сугробам к своей машине. Незнакомка не открывает глаза, но издает мычащие звуки. Жива. Главное, что жива.

Засовываю девушку на заднее сиденье и залезаю следом к ней. Тянусь вперед, врубаю печку на полную катушку и принимаюсь снимать с девушки ледяную одежду. Под шубой оказываются легкое коктейльное платье и капроновые колготки. Идиотка.

Стягиваю с нее всю одежду и обувь. Сапоги на каблуках и без меха. Ну точно больная. Когда незнакомка остается в одном кружевном лифчике и прозрачных стрингах-ниточках я принимаюсь растирать ее: ступни, ноги, руки.

Непроизвольно обращаю внимание, что у девушки очень ухоженное тело, как будто она только из салона красоты. Идеально гладкие ноги, маникюр и педикюр, плоский живот, упругие ягодицы. И нижнее белье на ней очень дорогое. Длинные темные волосы спадают на грудь размера так третьего.

Против моей воли кровь приливает к одному месту, к которому в данной ситуации и обстановке приливать нельзя…

— Мммм, — издает громко и приоткрывает веки. Из-под пушистых черных ресниц виднеются синие глаза.

— Ты как? — задаю идиотский вопрос, продолжая растирать ее.

Девушка дергается и пытается вырвать ногу из моих рук. Я быстро снимаю с себя теплое пальто и накидываю на нее сверху.

— Тише, ты, тише, не бойся, — тороплюсь успокоить. — Ты попала в аварию, я проезжал мимо. Ты там чуть до смерти не замерзла, на улице минус тридцать.