Книга Я тебе изменил. Прости, страница 124 – Инна Инфинити

К своему сообщению я прикрепляю скан выписки из больницы, где черным по белому указан диагноз «Амнезия». Каждый раз, когда я говорю кому-то, что потеряла память, люди сильно удивляются, будто это что-то сверхъестественное. На этот случай у меня в телефоне хранится скан выписки.

Тимур читает мое сообщение довольно быстро. Он онлайн и долго ничего не пишет. Я так и вижу, как он перечитывает мое странное сообщение снова и снова, думая, что я тронулась умом. Но я прикрепила к сообщению скан выписки. Надеюсь, она оправдает мое дурацкое сообщение.

«Привет, Вера», приходит ответ от Тимура минут через пятнадцать. Должно быть, действительно читал выписку. В ней много страниц. Я обращаю внимание на то, что Тимур обратился ко мне на «ты». Далеко не все сотрудники нашей фирмы со мной на «ты».

«Здравствуйте», печатаю ему еще раз. Я решаю остаться на «вы».

«Ты серьезно потеряла память?».

Я начинаю злиться. Вот так всегда, хотя за два года следовало бы привыкнуть. Для большинства людей потеря памяти — это вымысел из фильмов. В повседневной жизни такое встречается крайне редко. Даже невролог в больнице сказал, что за все годы его врачебной практики я первый пациент с амнезией.

«Да, я попала в ДТП. В результате сильной черепно-мозговой травмы у меня произошел инсульт, и я забыла короткий отрезок своей жизни. В выписке из больницы все написано. Но так как я забыла отрезок, который приходится на знакомство с вами, я бы хотела прояснить, что вы делаете у меня в друзьях. Мы так близко дружили? Как вы видите, у меня в друзьях всего 38 человек. Случайных людей среди них нет».

Мое сообщение сразу помечается прочитанным, и я снова представляю, как Тимур несколько раз перечитывает его с недоумением.

«Я извиняюсь, если мое сообщение видится вам бестактным и бесцеремонным. Но мне правда интересно, почему вы у меня в друзьях», печатаю вдогонку.

«Я даже не знаю, что сказать тебе, Вера...».

В груди начинает шевелиться неприятное предчувствие. Я сильнее стискиваю телефон в руке и уже жалею, что написала этому Тимуру. Надо было просто удалить его из друзей, да и дело с концом.

«Скажите, как есть».

«Выше ты назвала Давида своим мужем. Вы снова поженились?».

А вот это уже интересно. Тимур знает про наш с Давидом развод? В компании об этом мало кто знал, только отдел кадров и бухгалтерия. В частности, мои сотрудники не знали. Наш коллектив оказался не сплетничающим.

«Да, мы снова поженились. А вы знали про наш развод?», я упорно продолжаю обращаться к Тимуру на «вы», что, наверное, тоже странно.

«Да, я был в курсе».

Снова долгая пауза. Тимур онлайн, и я тоже онлайн. Я растерянно смотрю на наше диалоговое окно, и он, готова поспорить, делает то же самое. Наконец, карандашик рядом с его именем начинает печатать.

«Я не знаю, что сказать тебе, Вера. Наверное, правильно будет сказать, что мы действительно стали друзьями, оказавшись рядом, когда оба переживали сложный период. Ты переживала развод с Давидом. Я переживал сложности со своей семьей. Мы поддержали друг друга, когда оба нуждались в поддержке со стороны. Наверное, как-то так».

Я несколько раз перечитываю, пытаясь понять, о чем Тимур говорит. И все равно не очень понимаю. Во-первых, я слабо себе представляю, как у меня мог появиться друг-мужчина, да еще и сотрудник нашей фирмы. Во-вторых, я не понимаю, как могла жаловаться на проблемы едва знакомому человеку. А Тимур совершенно точно был едва знакомым.