Книга Вторая жена поневоле, страница 127 – Лия Султан

Я так погружаюсь в мысли, что не замечаю, как входит он.

Сначала чувствую руки, обнимающие меня за талию, а потом тёплые губы, коснувшиеся виска.

— Алихан, — тихо произношу я. — У меня нож в руке.

— Я вижу.

— Тогда почему подкрадываешься?

— Хотел проверить, не нужна ли тебе помощь.

— Поцелуями?

— Пока только ими.

Я кладу нож на доску и поворачиваюсь к нему. Алихан улыбается, глядя на меня так, будто мы одни во всём доме. Ему пятьдесят семь, и с каждым годом он почему-то становится для меня только красивее. В волосах давно появилась седина, у глаз — морщинки, а взгляд сделался спокойнее. Я по-прежнему вижу того мужчину, рядом с которым когда-то впервые почувствовала себя в безопасности.

— Ты опять всё готовишь сама, — говорит он.

— Мне нравится.

— Тебя не изменить.

— Ты и не старался, — смеюсь я, вспоминая, что с самого первого дня моего пути к себе и своему делу он поддержал меня.

Алихан проводит большим пальцем по щеке и целует медленно, мягко, без всякой спешки. Я кладу ладони ему на грудь и забываю о делах и о том, что в доме полно взрослых детей.

— Мам, а где… Ой, — протягивает Умай.

Мы с Алиханом прерываем поцелуй и одновременно поворачиваем головы. В дверях стоят обе дочери. Аружан пытается сохранить серьёзное лицо, но уголки её губ уже подрагивают.

— Мы попозже зайдём, — сообщает Умай.

— Намного попозже, — добавляет Аружан и тянет сестру обратно.

— Аружан! Умай! — возмущаюсь я.

Дверь захлопывается, а из коридора доносится их смех.

— Это всё ты, — говорю Алихану, поправляя волосы.

— Я просто пришёл помочь.

— Идите лучше с Аманом сделайте что-нибудь.

— Что?

— Дорожку от снега расчистите.

— Она чистая.

— Уфф! — выдыхаю я.

— Всё, понял, — смеётся Алихан и снова тянет к себе за талию. — Дай ещё раз поцелую.

Ну и как ему отказать? Даже спустя годы я люблю и любима. Мы стали взрослее, но ничего не забыли. Я всегда помню, как стала его женой и что до меня была другая. Но сейчас это кажется таким далёким. У Зарины всё хорошо. Она вышла замуж и всё-таки родила ребёнка. Это мне рассказала Диляра, которая однажды встретила её в ресторане. Когда я это услышала, моя душа наконец успокоилась.

Время вообще многому учит. В том числе принимать, что никто не остаётся с нами навсегда.

Арни прожил в нашей семье четырнадцать лет. Ветеринары говорили, что для золотистого ретривера он стал настоящим рекордсменом. До последних лет он встречал Алихана у ворот, ходил за мной по саду и ложился возле стола, надеясь, что кто-нибудь из детей тайком даст ему кусочек мяса, хотя мы его очень хорошо кормили. Когда его не стало, плакали все. Арман и Омар помнили день, когда папа впервые привёз его домой в переноске. Аружан, Умай и Аман выросли рядом с ним и не знали нашего дома без Арни. Только Аман его совсем не помнит.

Тяжелее всех, наверное, было Алихану. После он много раз рассказывал мне одну и ту же историю: как приехал к заводчику и сразу выбрал именно Арни, который, казалось, даже улыбнулся ему. Алихан сразу понял, что заберёт именно его. После Арни мы так и не взяли собаку.

С возрастом начинаешь понимать, что жизнь не отнимает у тебя всё сразу. Время забирает дорогих людей постепенно, одного за другим, оставляя взамен воспоминания. Иногда тёплые, иногда тяжёлые, а иногда такие, к которым много лет не знаешь, как относиться.