Книга Вторая жена поневоле, страница 125 – Лия Султан

По комнате проходит тихий шёпот:

— Ауминь.

Мулла кладёт её на коврик на полу и начинает читать азан. Его голос звучит тихо, размеренно и торжественно. В комнате стоит особая тишина. Исчезает звон посуды с кухни, никто не двигается и не переговаривается. Мальчики сидят неподвижно, не отрывая глаз от сестры.

Я слушаю священные слова и чувствую душевный подъём. В памяти снова возникает тот первый быстрый стук её сердца в кабинете УЗИ. Вспоминаются месяцы страха, больница, молитвы по ночам и ладонь Алихана на моём животе. Тогда мы просили только об одном: чтобы ребёнок жил и был здоров.

Мулла заканчивает читать, поднимает нашу малютку и склоняется к её маленькому ушку.

— Аружан… Аружан… Аружан… — произносит он три раза. — Ты стала Аружан, дочерью Алихана.

Дочка едва заметно вздрагивает. Теперь это имя принадлежит ей. Аружан — Прекрасная душа. Наша долгожданная девочка, пришедшая в этот мир, чтобы сделать его лучше.

Мулла снова читает над ней молитву, просит для неё здоровья, долгой жизни, чистого сердца и праведного пути. Каждое пожелание отзывается во мне. Я повторяю про себя одно и то же: пусть будет здорова, пусть будет счастлива, пусть всегда знает, что любима.

Закончив молитву, мужчина бережно передаёт Аружан мне. Я принимаю дочь и сразу прижимаю к груди, вдыхая её тёплый молочный запах.

Алихан встаёт рядом с нами. Его ладонь ложится мне на плечо, а затем он осторожно обнимает меня, притягивая к себе бережно, чтобы не потревожить малышку.

Я поворачиваю к нему голову, и мы просто смотрим друг на друга. В его глазах я вижу всё, что он не произносит вслух: любовь, благодарность и тихое счастье. Алихан улыбается мне, и я улыбаюсь в ответ.

Эпилог

2026 год

Как же я люблю канун Нового года, когда у нас горит большая ёлка в гостиной и весь дом наполняется запахом хвои, выпечки и мандаринов. На плите тихо булькает соус, в духовке подрумянивается пирог, а я стою посреди кухни в фартуке, с закатанными до локтей рукавами и пытаюсь вспомнить, что мне ещё нужно сделать. Обычно здесь хозяйничает помощница, но на праздники я всегда отпускаю её к семье. Новый год нужно встречать рядом с теми, кого любишь, а я люблю готовить праздничный ужин сама, а потом смотреть, как моя ватага опустошает стол за считанные минуты.

Этот дом мы построили вскоре после рождения Умай. Старый, когда-то казавшийся мне огромным, стал для нас тесным. Сначала в нём хозяйничали Арман и Омар, потом родилась Аружан, через два года — Умай. Алихан тогда сказал, что нам нужен дом побольше, потому что дети однажды вырастут, приведут супругов, родят своих детей и всем должно хватить места за одним столом.

Он оказался прав, потому что десять лет назад, когда мы уже думали, что наша семья полностью сложилась, Всевышний подарил нам Амана. Его имя в переводе значит «мира» и «спокойствия». Вот только он такой шебутной и непоседливый, что покой нам только снится.

Теперь у нас просторный двухэтажный дом с широкой лестницей, большими окнами, гостевыми комнатами и столовой, в которой стоит длинный стол. Здесь прошли наши лучшие и весёлые годы, когда дети ещё были детьми, бегали вокруг, превращали гостиную в склад для игрушек, а холодильник на кухне открывался каждые полчаса. Но сейчас стало потише. Арман и Омар давно живут отдельно. Оба женаты, и теперь я сама ене. Иногда до сих пор не верится. Мне кажется, ещё вчера мальчики наперебой звали меня, ссорились из-за оладушек и ждали Алихана у дверей, а сегодня работают вместе с ним, растят собственных детей и рассуждают о делах с такой серьёзностью, что я невольно ищу в их лицах тех маленьких мальчиков.