Онлайн книга «Измена. Финальный аккорд»
|
«С Новым годом, Ульяна! Я хочу пожелать тебе счастья, успехов в работе. Прости ещё раз. Знай, что я рядом». Это я поздравлял. А она отвечает: «Спасибо. Я знаю». И всё. Я пишу ей: «Как тортик?». Стираю. Выглядит глупо. Печатаю: «В камерном театре идёт «Холстомер». Ты не хочешь сходить?». Она молчит. Ну, что ж? Моё дело предложить. И это, как и другие многочисленные предложения, будет отвергнуто. Любопытно, она ещё ходит на концерты Липницкого? И что между ними вообще... Вдруг смартфон оживает. Я хватаю его, позабыв обо всём. «А когда?», — всего лишь короткая фраза. А у меня не хватает эмоций, чтобы выразить всё, что я чувствую прямо сейчас. Когда? Когда! Чёрт, когда же оно... Начинаю листать афишу. «В эту субботу», — пишу, с замиранием сердца жду ответа. «Я подумаю», — пишет она. Что ж, подумаю, это уже не отказ! Это надежда. Билетов у меня ещё нет. Но я намерен их раздобыть прямо сегодня. Заплачу любые деньги, лишь бы разжиться местами, самыми лучшими. С которых будет видно сцену. Знаю, что Улька любит такие спектакли. Там драма. Быть может, всплакнёт? Я утешу. Хотя бы платок протяну! Посижу рядом с ней. Утолю этот голод... Вот, опять накатило. Каждый раз так, стоит вспомнить! Я клялся себе удалить эти фото. Не смог. Ведь на них же — она! Я просто их запаролил. Ну, мало ли что? Мой смартфон всегда при мне. Но всё-таки, если... В папке «ук» я храню то, что другим людям видеть не следует. Никому нельзя знать, что за фото хранит мой смартфон. Почему УК? Потому, что Уголовный Кодекс. И я нарушил его! Интересно, подай она иск, то меня бы призвали к ответу? Открываю её, эту папку. А там... На фоне клетчатой ткани — кусочек груди. Нежный розовый выступ соска, зацелованный мною. Спущенный с плечика кружевной край белья. Матовый плоский животик с пупком, где бывал мой язык. Округлость бедра, и манящий пушком нежно-русых волос, треугольник... Закрываю глаза, откинувшись на спинку дивана. Тяну воздух сквозь сжатые зубы. От одной мысли об этом меня бросает в жар. Тело как будто простреливает! Такой эрекции у меня даже в юности не было. Даже с Веркой, женой... Опускаю штаны, воскрешаю в уме её образ. Ульяна. Смеющийся взгляд. Озорная улыбка. И запах. Цветочный и солнечный вкус её кожи. Моя. Ты моя... «Извини», — смартфон на сидении сбоку жужжит. Я хватаю его, словно Уля может увидеть, чем я тут занимаюсь. «В субботу не смогу. Занята». Настроения как не бывало! Возвращаю на место штаны. «Жалко, хороший спектакль», — отвечаю. «Как-нибудь в другой раз», — пишет она. Я как пёс, наслаждаюсь подачкой. «В следующий раз» и «никогда в жизни» — это вроде как разные вещи? Незначительный, но всё же прогресс. «Ромашки не успели замёрзнуть?», — пишу я на свой страх и риск. Она отвечает не сразу. Вместо слов присылает мне фото ромашек, которые я подарил. Они мелкие, белые. Похожие на полевые. Вперемешку с какой-то красивой травой. Знаю, что Липницкий обычно дарил ей розы! А она как-то раз обмолвилась, что, мол, любит полевые, но стесняется мужу сказать... На фото ромашки выглядят бодро. «Спасибо», — отправляет вдогонку. «Я рад, что тебе нравится», — отвечаю. «Извини, Марк, я спать», — пишет Уля. И маячок, горевший зелёным светом рядом с её именем, гаснет. Я хочу написать, но не решаюсь. И только шепчу в тишину: |