Онлайн книга «Няня для сурового папы»
|
— Конечности у меня тоже застрахованы, чтобы ты знала. А насчёт языка… Вчера у тебя была возможность его откусить. Ты не воспользовалась. Впервые Миша делает отсылку к поцелую. Конечно, я понимаю, что никому здесь кроме нас двоих не понятно, что он имеет в виду. Но я-то всё прекрасно осознаю… Наши взгляды перекрещиваются на миг. Щёки заливает жаром, и я невольно вздрагиваю. — Замёрзла, Маш? — интересуется Андрей. — Надень-ка. Мишин брат снимает со спинки дивана свой форменный пиджак и накидывает мне на плечи. — А? Да… спасибо… — рассеянно киваю и тут же отвожу взгляд от Бурого. На самом деле, мне не холодно. Просто от упоминания поцелуя в дрожь бросило. Я не ожидала, что Миша об этом в принципе что-то скажет… — А можно мы потанцуем, пока еду не принесли? — спрашивает Вася, поглядывая на детей на танцполе. — Идите. Только не носитесь по кафе как в прошлый раз. Девочки радостно выпрыгивают из-за стола и бегут танцевать. Официантка к этому моменту приносит чай и разливает по бокалам — это даёт мне время справиться с эмоциями. Когда девушка уходит, мои щёки уже практически перестают гореть. — А ты не хочешь потанцевать, Маш? — спрашивает Андрей, отпив немного чая. — Мы сюда есть или танцевать пришли? — ворчливо произносит Бурый, бросив на брата недовольный взгляд. — Он не любит танцевать, — поясняет Андрей. — Потому что слишком большой и неповортливый. Куда ему? Ты только глянь. Я прыскаю, потому что очень смешно, как легко Андрей подшучивает над братом. Хоть кто-то над ним должен шутить? Но с неповоротливостью я не согласна. Прекрасно помню, как грациозно и легко Бурый двигался на арене, когда мы были на ярмарке. А вот то, что он большой. Да. Такой. И сильный… Снова вспоминаю железные мышцы его рук и пресса. Жёсткую бороду и… Боже, Стрельникова, прекрати об этом думать! — Пойдём, Маш, правда, потанцуем? Музыка красивая. Всё равно заказ ещё минут десять ждать. Я даже рада, что Андрей вытягивает меня на танцпол. Потому что очередные воспоминания о поцелуе вновь заставляют мою кожу на шее и щеках гореть. Мы выходим на середину помещения, где Андрей кладёт мне одну руку на талию, а второй берёт мою ладонь. — Смотри, Маш. Видишь, какой он недовольный? Это потому что так, как мы, танцевать не может. Раскачался — пол провалится. Весело смеюсь, кружась с Андреем под джазовую мелодию. Становится легче благодаря ненавязчивым и не пошлым шуткам. Но взгляд мой всё равно то и дело устремляется на Бурого. И я вижу, что он тоже смотрит на нас. Девочки довольно прыгают вокруг, а я не могу никак понять, о чём он думает? Когда вот так смотрит… Глава 20 Миша Снова всё по той же кривой. Словно это какое-то моё персональное проклятие. Смотрю на Машу, танцующую с Андреем и весело смеющуюся, и не могу избавиться от мысли, что всё это до чёртиков напоминает мне прошлое. Опять молоденькая вертихвостка. И опять ты вляпался, Бурый. По самые яйца. Видимо грабли меня ничему не учат, раз я так упорно наступаю на одни и те же. Маша в очередной раз хохочет, когда брат наклоняется и что-то шепчет ей на ухо. Что он там мелет? Наверняка какую-нибудь чушь, но эта бедовая так смеётся, будто мой брат — комик года. Мда… что-то не припомню, чтобы рядом со мной она так хохотала… Раздражённо наблюдаю, как Андрей в очередной раз кружит её вокруг руки и берёт за талию. |