Книга Корректор, страница 41 – Зинаида Майорова

С этими словами Женя покинула поле боя.

Мартин дождался, пока она скроется за ивой, и с трудом вышел из воды. Наваждение казалось настолько реальным, что он снова посмотрел на остатки зомби. На этот раз разглядел голову, вернее, то, что от неё осталось. Огромный синий глаз с длинными пушистыми ресницами, похожими на чёрный мох, и длинные светлые волосы — совершенно прямые без всяких локонов. Как он мог принять её за Лилит?

Около ивы он оделся, прижался к стволу и стоял несколько минут, пока не перестал дрожать. В их краях не было ничего похожего на эту тварь. Как Женя назвала её? Мартин попытался вспомнить слово, вроде бы похоже по звучанию на колючую проволоку. Потом осмотрел реку, но в сияющем на солнце потоке уже никого не было.

Женя явно решила сократить банную программу из-за форс-мажорных обстоятельств. Она почти оделась и начала зашнуровывать ботинки, когда Мартин подошёл к ней. Девушка подняла голову и придирчиво осмотрела его.

— Не так уж плохо выглядишь, — оценила она. — Недолго смотрел на «барби»?

— Что значит «барби»? — спросил Мартин.

— А, ты же в детстве в куклы не играл! Очень популярная модель кукол была в начале нашего века. Мне от бабушки досталась одна с целым комплектом мебели. Настоящее сокровище! Называлась Барби — это уменьшительное от имени Барбара. Я ей одёжку шила вместе с бабушкой.

— При чём тут куклы? Я про зомби спрашиваю.

— Так они выглядят в точности, как те старые модели кукол, поэтому их и прозвали «барби». У некоторых людей раньше был фетиш — сделать тело как у Барби со всеми его нечеловеческими пропорциями. Метод Саянова позволил им воплотить фантазии в жизнь. Только с неожиданными побочными эффектами.

— Но почему я не видел, какая она на самом деле?

— А кого ты видел? — спросила Женя.

Она закончила завязывать шнурки, выпрямилась и внимательно посмотрела на Мартина.

— Свою жену, — признался Мартин.

— Лилит? — уточнила Женя.

— Откуда ты знаешь мою жену? — удивился Мартин.

— Я не знаю, но у тебя на груди татуировка с женским именем, несложно догадаться, чья. Очень хорошая работа, даже не думала, что тёмный цвет может настолько контрастно смотреться на твоей коже. Красивая у тебя жена.

Но Мартина её комплимент скорее шокировал, чем обрадовал.

— Ты что, подглядывала за мной? — воскликнул он.

— Я только хотела убедиться, что ты не потонешь. Просмотр глюков от «барби» отнимает у человека много энергии. А ты на неё так глазел, как будто готов из трусов выпрыгнуть, если бы они на тебе были.

— То есть всё-таки подглядывала? — продолжал возмущаться Мартин.

— Твои трусы болтались у меня прямо над левым ухом, когда я целилась в «барби», — фыркнула Женя. — Значит на тебе их не было. Простейшая дедукция!

Мартин недоверчиво посмотрел на неё, но не стал придираться к объяснению. Спорить с Женей бесполезно. Ему ни разу не удалось поймать её на противоречиях с установленными фактами или с её собственными байками. Если даже она и лгала, то делала эта настолько тонко, что в создаваемой ею вымышленной реальности не просматривалось ни единой трещины.

— Но я всё равно не понимаю, — сказал он, — откуда «барби» могла узнать о Лилит? Она умеет читать мысли?

— Нет, конечно, зомби не могут мыслить в нашем понимании этого процесса. Но «барби» умеют влиять на человеческое сознание. Механизм их воздействия плохо изучен, но твоё сознание, по сути, выворачивается наизнанку. Для этого им не нужно знать, о чём ты думаешь. Так же как ребёнку не нужно знать, что лежит внутри ящика, когда он опрокидывает на пол его содержимое.