Книга Сказка для Анжелики, страница 28 – Елена Казанцева

И в этот момент его рука хватает меня за волосы и дергает вверх. Мне так больно, что из глаз брызжут слезы. Он приподнимает меня за волосы так высоко, что мне приходится стоять на цыпочках.

— Значит, я тебя буду учить, воспитывать, дрессировать, чтобы ты стала такой дамой.

Ой! Не знаешь ты любезный, с кем ты решил войну начать. И я со всей дури бью его по причиндалам коленом.

Он издает странное шипение и выпускает мои волосы из захвата. А я пользуюсь этим моментом. И когда он начинает оседать, бью его в челюсть левой рукой. Зря он не спросил у моего отца, чему тот меня обучил в юности, а то бы вел себя более осторожно.

Роберта от удара откидывает в сторону и он бьется головой об угол кадки с пальмой.

Минута и он падает на пол с закатившимися глазами. Проверяю пульс, вроде живой. А и черт с ним.

Иду в свою комнату, беру не самую большую сумку и скидываю туда одежду на первое время. Вот и все. Сумку закидываю в свое авто и выезжаю.

Но на квартире Пашку не застаю и решаюсь поехать к нему в автосервис.

Автосервисом это трудно назвать. Когда-то это был железный гараж на четыре авто. Пашка выкупил этот сарай, утеплил, поставил новые откатные двери, сделал смотровую яму. Потом обзавелся оборудованием. Но все равно это большой гараж.

У него работают пара работяг. И когда я подъезжаю к пятачку автосервиса, один из них выгоняет авто клиенты.

Иду к нему, здороваюсь.

— А Павла нет, с утра по складам уехал, запчасти искать, — останавливает меня работяга.

— Давно уехал, — удивленно спрашиваю его, потому что на часах нет и десяти.

— Так с восьми уже ускакал, — добавляет тот.

Вздыхаю. Даже не знаю, что делать. Поехать домой не вариант, там Роберт, если у него в башке что-нибудь заклинит, с ним наедине оставаться страшно. Прислуги нет, так те и не будут вмешиваться в наши разборки.

От его новой съемной квартиры у меня пока нет ключей, договорились, что он мне сделает дубликат. Мотаться по торговым центрам? Надоело.

И так стою я, прислонившись к капоту своей машины, и думу думаю.

— Тебе здесь нечего делать, — поднимаю голову, передо мной стоит девка лет двадцати, лет десять назад я была такой же борзой и агрессивной.

— Ты чо, не поняла? Пашка мой! — девчонка, чавкая, жует жвачку.

Рассматриваю ее: белокуро-белобрысая, чуть вздернутый нос, ресницы явно наклеены, такие огромные и смотрятся пластмассовыми, губки бантиком, но не обколотые. Наверное, лет десять я сама такая была.

— Чего не поняла, старушка? Шкандыбай отсюда потихоньку, мужчинка занят, — говорок гопницы.

— Не знала, что Пашу можно назвать «мужчинкой», — усмехаюсь я. Сколько его знаю, «муж-чин-кой» он некогда не был.

Если бы состоялась такая встреча лет десять назад, то я бы этой белобрысой все космы выдергала бы, но сейчас мне тридцать, и потуги девчонки мне кажутся смешными.

Странно, что она вдруг быстро вычислила, кто я. А самое интересное появилась в гаражах, как по щелчку. И тут я вспоминаю взгляд одного из работяг. Наверное, родственница или дочура. Решил пристроить замуж?

А тут конкурентка нарисовалась.

— Ладно, не дергайся, — говорю ей и уезжаю.

Еду куда глаза глядят, что-то плохо мне сегодня, и на душе «как кошки нассали». И притулится некуда. Чувствую себя бездомной и некому не нужной. Торможу перед первым попавшимся рестораном. Для ресторанов это еще утро, но я хочу нажраться.