Книга Телеграфистка из будущего. Шифр для господина жандарма, страница 7 – Виктор Громов

Он поднял глаза.

— Нам?

Ошибка стала очевидна.

— Вам обоим.

— А вам?

— Мне с самого начала казалось разумным сомневаться в доказательстве, которое обвиняет меня.

— Даже если оно написано вашей рукой.

— Особенно если оно написано моей рукой, а я не могу объяснить, почему оно здесь.

Арсеньев некоторое время молчал.

— Интересная формулировка.

— Какая именно?

— Вы снова не сказали, что не писали её. Только что не можете объяснить.

Неприятно кольнуло между лопатками. Он слушал всё. Каждое слово.

— А вы снова пытаетесь заставить меня утверждать больше, чем я знаю.

— Так вы не знаете, писали ли это?

Павел Елисеевич смотрел на неё уже почти испуганно. Марина медленно закрыла журнал.

— Я знаю, что не имею основания признавать передачу сообщения только потому, что почерк похож на мой.

— Но вы признали почерк.

— Я признала сходство.

— Вы сказали: «Значит, писала я».

Вот теперь ей действительно захотелось выругаться. Арсеньев не просто слушал. Запоминал дословно.

— Тогда исправлюсь, — сказала она. — Запись выглядит так, будто её сделала я.

— Лучше.

— Благодарю.

— Не за что.

На миг между ними возникло почти нелепое ощущение обычного разговора. Потом дверь открылась, и в комнату заглянул молодой служащий.

— Павел Елисеевич, Алексей Михайлович пришёл.

Начальник станции заметно оживился.

— Зовите. Немедленно.

Через минуту появился мужчина лет тридцати с небольшим, в тёмном рабочем сюртуке. Он держал фуражку в руке и выглядел так, будто его выдернули из дела, которое он считал куда важнее всех здешних разговоров. Увидев Марину, он остановился.

— Варя?

Вот и началось. Первый человек, который, судя по обращению, знал настоящую Варвару достаточно близко. Марина позволила лицу остаться спокойным.

— Алексей Михайлович.

Она выбрала наиболее безопасное обращение из услышанного. Мужчина нахмурился.

— Ты чего такая официальная?

— День располагает.

Он коротко усмехнулся, но взгляд остался тревожным.

— Это верно.

Арсеньев поднялся.

— Алексей Михайлович Жаров?

— Да.

— Телеграфный техник?

— Он самый.

— Вы обслуживаете аппараты на этой станции?

— И здесь, и ещё на двух соседних.

— Когда последний раз проверяли этот?

Жаров подошёл к столу. Марина заметила, что он не стал спрашивать разрешения у Павла Елисеевича. Значит, чувствовал себя здесь привычно.

— Позавчера вечером.

— Неисправности?

— Не было.

— Возможна ли передача с этого аппарата без присутствия дежурного телеграфиста?

Жаров посмотрел на Марину.

— Теоретически возможно всё, Дмитрий Сергеевич. Практически человеку надо войти сюда, сесть за ключ и знать, что делает.

— Ночью дверь была заперта?

— Варя всегда запирала.

Марина внутренне отметила первое полезное слово. Всегда. Привычка Варвары.

— Откуда вы знаете? — спросил Арсеньев.

Жаров пожал плечами.

— Потому что не первый год здесь работаю. Она и днём терпеть не может, когда кто-нибудь без дела к аппарату лезет, а ночью тем более.

— Почему?

— Потому что потом отвечать ей.

— Мне, — автоматически уточнила Марина.

Жаров взглянул на неё внимательнее.

— Тебе.

Она поняла, что сказала лишнее. Настоящая Варвара, конечно, не стала бы поправлять человека, который говорит о ней в третьем лице в её присутствии. Это был рефлекс Марины, привыкшей к точности формулировок. Арсеньев тоже это заметил.