Книга Сделай мне красиво!, страница 34 – Дина Зарубина

— Аам вишьяти! – хором ответили стражи, стукнув себя кулаками в грудь.1

Мать Нисимина отшатнулась, увидев вывалившихся из башни мокрых и грязных стражей. Вслед им выскочил десяток крыс, тут же разбежавшихся по двору. На плече одного стража болталась тряпкой Лотта.

— Г-где мать Лаура? – спросила экономка дрожащим голосом.

— Утонула, – ответил магистр, благочестиво поднимая глаза к небу.

Мне было плохо. Голова гудела, как колокол, под веками били молнии, в горле катались ежи, дышать оказалось невозможно из-за забитого соплями носа, меня знобило и трясло. Слабость страшная, я даже глаз открыть не могла. Что-то восхитительно прохладное и мокрое шлепнулось на пылающий лоб, в губы ткнулась соломинка. Кисловато-соленая жидкость смягчила пересохшее горло и пролилась божественным освежающим водопадом в прилипший к спине желудок.

Сколько же меня держала там сука настоятельница? Без воды и еды? Дней пять? Пять – это число или цифра? Вода – это мокро и холодно, она появилась и стала затапливать камеру. Крысы полезли ко мне на кровать, они отвратительно пищали и толкались. Потом я залезла на стол, пытаясь достать до решетки… самая умная крыса, цепляясь коготками, полезла по моей руке и выпрыгнула в окно. Я не кричала, потому что сил не было. Я думала, что умру там, пыталась ухватиться за прут решетки.

Вода сама подняла мое окоченевшее тело почти до окна, я держалась за решетку. Потом вдруг вода схлынула… дальше я ничего не помнила, темнота. Она такая добрая, мягкая, уютная…

Меня хлопнули по щеке, отнимая у темноты. Еще раз. Я протестующе замычала, не желая просыпаться.

— Нет, магистр, это бесполезно. Сильная лихорадка. Не выживет, – пронзительный голос ввинтился в уши, и я зажмурилась крепче.

Магистр – это что такое? Ма-гистр… оно острое или сладкое? Не хочу ничего слышать! Милосердная темнота приняла меня в свои объятия.

Обрывки снов разбежались под напором мыльной губки и горячей воды. А-а-ах! Меня усадили в бадью и облили горячей водой. Я зафыркала, как лошадь и замотала головой. Зачем это? Тело блаженно переставало зудеть и начало дышать всеми порами. Я попыталась открыть глаза и увидела бородатую рожу. От удивления ушла в мягкое забытье, пахнущее лавандой.

Вздохнула и проснулась. Белый потолок. Окошки с овальным верхом в толстенной стене. Скошенные вниз подоконники. Кто так строит?

Я замотала головой. Господи, да где я? На современную больницу не похоже. Муж меня бросил, женился на какой-то корове, предал дело, которым мы пятнадцать лет занимались. Чтоб ему ни в чем удачи не было! Простатит и геморрой с мой кулак! Ладно я, бабы для мужиков расходный материал… Но дело бросить! ДЕЛО! Фирма, репутация, заказы, клиенты, это же годами нарабатывается, строится… Взгляд бездумно скользил по полукруглому своду. Что за необычная архитектура для больницы?

— Очнулась? – смутно знакомая женщина в черной рясе поднесла поильник к моим губам. Горьковатая брусничная вода освежила небо, смягчив жесткий высохший язык. Откуда я эту женщину знаю? Память судорожно заскреблась, восстанавливая пропущенное. Монастырь? Я в монастыре?

С какого, простите, хрена? Я ни в бога, ни в черта не верю, хотя признаю, что есть силы, более могущественные, чем слабые людишки. Вулкан, допустим. Или вот, недавнее наводнение. Мало губернатору издать приказ, река-то ему не подчиняется! Взяла и разлилась. Вся прибрежная трасса в воде оказалась, а частные дома по крышу. Собаки цепные там потонули, охраняя дом хозяев-предателей до последнего, дохлых коз и коров по течению несло. Церковники с чудотворной иконой на вертолете летали, ага, так прям помогло… всем!