Книга (Не) разведись со мной!, страница 23 – Франциска Вудворт, Настя Любимка

«Та самая» прозвучало так, что захотелось немедленно проверить, не выросли ли у меня рога, хвост и чешуя. И третий глаз во лбу. Ну мало ли?

— Именно, тётушка, — мягко ответила ей Фелиция. — Прошу, позволь представить, герцогиня Эмилия Диэйт, ее дочь — леди Милиса Диэйт, а также сестрица Мили, леди Каролина Диэйт.

— Виат, — спокойно поправила я. — Милиса носит фамилию своего отца, почившего барона Виата, леди Фелиция. Такая ошибка недопустима, особенно для дорогой подруги, как минимум неуважением к покойному барону.

— Ох, сестренка, будет тебе! Меня воспитал твой отец, и я… признаться, совсем ничего не помню о бароне Виате. — Мили картинно всхлипнула и приложила руки к сердцу. — Именно герцог Диэйт стал для меня…

— Отчимом. — Прервала ее словесной поток. — Внутри семьи мы можем считать и говорить, как угодно, но за пределами поместья — ты дочь и наследница рода Виат. Не стоит об этом забывать, не так ли, матушка?

«Матушка», к слову, стояла бледнее полотна, и таким глазами смотрела на меня, словно я была ядовитой жабой, а не юной и прелестной девушкой восемнадцати лет.

Они притащили меня сюда и правда полагали, что я от счастья прямо тут в руки к Друду и упаду?

— Каро, право слово, какая муха тебя укусила? Такой чудесный день, такие прекрасные люди, а ты маленькую оплошность выставляешь трагедией.

— Маленькую оплошность? Матушка, вряд ли за такую маленькую оплошность во время нашего дебюта церемониймейстера погладили бы по голове. И мы не столь близки с этими людьми, чтобы прощать такие оплошности.

Стерпеть ещё можно было от друзей семьи, а тут какая-то кузина завалявшегося барона, которую я вижу второй раз в этой жизни, у нас разные социальные статусы.

Я холодно взглянула на Фелицию, которая уже было воспрянула духом.

Встретившись со мной взглядом, она на миг застыла. А затем низко склонилось в реверансе, пряча взгляд и смиренно прошептав:

— Признаю свою невежественность, мне жаль, что я допустила такую ошибку. Обещаю, впредь подобного не случится.

Меня её показное смирение не обмануло ни на миг. Слишком близко довелось познакомиться с её подлой натурой и беспринципностью. Ага, как же, не случится. Вы уже допустили слишком много ошибок. И впредь собираетесь допустить не меньше.

— Надеюсь, что больше вы не забудетесь и прежде, чем станете что-то говорить, обдумаете свои мысли получше, — холодно произнесла я.

— Будет тебе, Каро, уймись! Видишь, девочка извинилась, — постаралась исправить ситуацию мачеха, под нос же себе тихо прошипела: — Когда только успела стать такой наглой гордячкой!

Действительно, есть чему удивляться. Ведь столько лет они выбивали из меня чувство собственного достоинства и гордость, заставляя ощущать себя никчемной. Вечно я была у них недостаточно воспитана, недостаточно прилежна, недостаточно умна. Этот список «недо-" можно было продолжать бесконечно.

Я и в Друда влюбилась тогда лишь потому, что он смотрел именно на меня, а не на Мили.

Смотрел влюбленным взглядом с таким обожанием и нежностью, что моя неопытное сердце растаяло и полностью перешло в руки негодяя. Безустанно твердил о том, как я красива, неповторима и… насколько для него особенная. И, конечно же, я поверила. Да и много ли мне было нужно? Несколько комплиментов, что пением соловья легли на душу неискушённой девочки, ранее не знавшей ни родительской любви, ни теплоты, ни тем более внимания молодых кавалеров. Пара широких жестов, чтобы юное сердечко птицей забилось в груди, а голова пошла кругом, заставляя раз за разом представлять радужное будущее с этим мужчиной!