Книга Опальная фаворитка, страница 155 – Людмила Вовченко

Клэр подняла ладонь.

— Это договор. Здесь приходится обсуждать неприятное.

Адриен медленно выдохнул.

— Хорошо.

Они обсудили.

Без романтики.

Без красивых обещаний.

Именно поэтому Клэр вдруг почувствовала себя спокойнее, чем после любого поцелуя.

Когда закончили, Люсен перечитал.

— Теперь это чудовище.

— Хорошее?

— Прекрасное. Если вы когда-нибудь разведётесь, я уеду из страны.

Адриен посмотрел.

— Почему?

— Потому что не хочу оказаться между вами.

Клэр засмеялась.

Люсен собрал бумаги.

— Перепишу начисто завтра.

Он ушёл.

Дверь закрылась.

Клэр осталась с Адриеном.

Он подошёл к окну.

За стеклом было чёрное небо. Во дворе горели два фонаря. На мокром камне блестел свет. Из конюшни доносился тихий стук копыта.

Клэр встала рядом.

— Вы сердитесь?

— Нет.

— Совсем?

— Нет.

Она посмотрела на его профиль.

— Тогда что?

Адриен повернулся.

— Мне понравилось.

Клэр моргнула.

— Что?

— Спорить о договоре.

— У вас странные вкусы.

— Я понял одну вещь.

— Какую?

Он коснулся кончиками пальцев её руки.

— Вы действительно рассматриваете возможность выйти за меня.

Клэр замерла.

Вот.

Не просьба.

Не давление.

Он просто понял.

Она переписывала не чужую фантазию.

Она готовила документ, которым могла воспользоваться.

— Рассматриваю.

Адриен улыбнулся.

Не широко.

Без ямочек.

Тепло.

— Мне достаточно.

Клэр подняла бровь.

— Пока.

— Пока.

Он поцеловал её пальцы.

На этом остановился.

И именно поэтому Клэр сама сделала шаг ближе.

Положила ладонь ему на затылок.

Каштановые волосы оказались мягкими.

Адриен посмотрел.

Она поцеловала его.

Не долго.

Но совершенно недвусмысленно.

Когда отстранилась, он уже улыбался.

— Это за хорошее поведение?

— Это аванс.

— За что?

— Узнаете.

— Вы опасная женщина.

— Мадам де Монферран уже сообщила.

— Тогда я предупреждён.

---

Следующие два дня дорога строилась.

Не ремонтировалась.

Именно строилась.

Старую размокшую насыпь сняли. Углубили канавы. Привезли камень из коммунального карьера. Телеги скрипели с рассвета. Мужчины ругались, лошади тянули, Гаспар командовал так, будто собирался лично победить всю французскую грязь.

Клэр несколько раз ездила смотреть.

В первый день крестьяне ещё ворчали.

Во второй поняли, что короткий участок действительно становится проходимым.

На третий один из виноградарей сам привёз дополнительную телегу мелкого камня.

Без просьбы.

Пьер посмотрел на Клэр.

— Теперь будет дорога.

— Пока только кусок.

— Все дороги начинаются с куска.

Она запомнила.

Не как красивую фразу.

Как правду человека, который всю жизнь ходил по плохим дорогам.

В Бельфонтене тем временем мадам де Монферран сделала то, ради чего Женевьева была готова отдать шторы, Сесиль — знакомых, а Адриен — экипажи.

Она написала письма.

Пять.

Клэр увидела их утром перед отъездом.

— Жалобы?

Мадам де Монферран подняла голову.

— Рекомендации.

Клэр посмотрела на стопку.

— Пять?

— Вы недовольны?

— Я боюсь.

Женщина улыбнулась.

— Правильно.

— Кому?

— Не скажу.

— Почему?

— Хочу посмотреть на ваше лицо, когда приедут.

Клэр вздохнула.

— Вы все сговорились.

— Нет. Просто вы забавная, когда теряете контроль.

— Я никогда не теряю контроль.

В этот момент снаружи раздался грохот.

Потом голос Гаспара:

— КТО ПОСТАВИЛ БОЧКУ ЗДЕСЬ?!

Клэр закрыла глаза.

Мадам де Монферран улыбнулась.

— Конечно.