Книга Демон-раб. Моё сладкое подчинение, страница 13 – Месса Лина

— Ты приказываешь мне в собственной спальне?

— Я делаю это вполне успешно уже давно.

— Самоуверенно.

— Заслуженно.

Он хмыкнул, но спорить не стал. Поднялся, расстегнул ремни и снял перевязь. Затем камзол. Следом полетела рубашка, темная от воды и крови.

Елеанна не подала виду, что у нее перехватило дыхание.

Плечи, грудь, живот — все знакомое, виденное не раз, и все равно каждый раз будто впервые. Мощная, бугристая мускулатура перекатывалась под темной кожей при каждом движении. На теле еще горели следы недавней драки: длинная царапина у ребер, свежий синяк под ключицей, рваный след на боку. И поверх этого — старые шрамы, бледные и темные, как карта чужой, беспощадной жизни.

— Сядь, — сказала Елеанна тише.

Каэлен посмотрел на нее сверху вниз с тем особенным выражением, когда хочется и подчиниться, и сделать наоборот.

— Это приказ? — спросил он с легкой насмешкой.

— Нет. Это здравый смысл. Удивительно, что приходится объяснять его тебе дважды за день.

— Сегодня ты особенно невыносима.

— А ты особенно медлителен.

Он сел. Уже не на табурет, а ближе, прямо перед ней. Елеанне пришлось чуть развернуться. Когда она коснулась ткани у раны, Каэлен напрягся, хотя и промолчал. Она осторожно отлепила присохшую материю и начала смывать темные разводы.

Он молчал. Она тоже.

Тишина в комнате менялась. Густела. Наливалась жаром. За окнами по-прежнему шуршал дождь, но теперь этот звук казался далеким и лишним. Остались только их дыхание, плеск воды и едва слышный шепот ткани, когда Елеанна тянулась за новой полосой бинта.

— Ты сегодня испугалась, — произнес Каэлен вдруг.

Она не сразу подняла глаза.

— Нет.

— Не лги.

Елеанна затянула повязку на его боку чуть сильнее, чем следовало. Он даже не поморщился.

— Я не испугалась, — повторила она. — Я разозлилась.

— Когда он схватил тебя, ты побледнела.

— А ты чуть не разнес половину Совета, потому что я велела тебе ждать. У каждого свои недостатки.

Каэлен тихо выдохнул. Не смех. Что-то ближе к нему.

— Это был не недостаток.

— Да? А что же?

Он поднял глаза.

— Это было желание убить его так, чтобы ты больше никогда не вспомнила, как он к тебе прикасался.

Елеанна замерла с бинтом в руке.

В такие моменты он делался опаснее, чем в бою. Потому что силу можно было просчитать. А вот эту его внезапную, обжигающую прямоту — никогда.

Она закончила повязку, но руку не убрала. Ладонь так и лежала у него на боку, поверх свежего бинта, чувствуя сквозь ткань ровное, звериное тепло. Каэлен тоже не двигался.

— Ты слишком многое на себя берешь, — сказала она наконец.

— А ты слишком редко позволяешь сделать хоть что-то за тебя.

— Я не просила меня спасать.

— Нет, — согласился он. — Просто в очередной раз сама встала перед человеком, который жаждал тебя убить.

Елеанна усмехнулась вяло.

— И все же я победила.

— Победила.

Он произнес это так, будто ни на миг не сомневался в исходе. И именно это задело сильнее всего.

Она потянулась к столу за чистой тканью для своего запястья, но Каэлен поймал ее руку.

— Хватит, — тихо сказал он. — Теперь я.

— Я прекрасно умею завязывать повязки.

— Я заметил. Особенно по тому, как упрямо ты пытаешься делать все сама.

Он поднялся и встал между ее колен. Так близко, что темный свет из чаш лег поперек его груди и плеч, выхватывая влажный блеск кожи, резкую линию ключиц и тонкую дорожку воды, стекавшую от шеи вниз по твердым мышцам живота.