Книга Измена дракона. Ненужная жена больше не вернется, страница 35 – Ангелина Сантос

Госпожа Пелт потянулась вниз, словно доставала сумку из-под кресла, затем выпрямилась и повернулась на стуле.

— Вот теперь могу дышать и разговаривать одновременно. Для меня это очень удачное сочетание.

Я улыбнулась и попросила ее встать. Справа больше не собиралась косая складка. Подкладка лежала свободно, не выпирала и не тянула за собой верх. Госпожа Пелт посмотрела в зеркало, поправила волосы, а потом достала из сумки связку ключей.

Она опустила их в карман, прошлась к окну и вернулась.

— Вот. Сразу рукой нахожу. У меня в другом платье карман такой, будто его специально прятали от хозяйки.

Она огладила юбку и довольно кивнула.

— Я в нем и пойду. Сколько осталось?

— Один серебряный.

Она заплатила, дождалась, пока я внесу сумму в тетрадь, и развернула принесенный для старого платья платок. Я помогла уложить вещи.

— Мне понадобится летняя одежда, — сказала она. — И дочерям тоже. Они скоро обе приедут, будем разбирать, что у кого осталось с прошлого года. Вы новые платья шьете?

У меня сразу возникло желание сказать, что шью любые и к любому сроку. Вчерашний вечер вспомнился достаточно вовремя.

— Шью. Лучше приходите вместе, посмотрим, что именно вам нужно. Обсудим фасоны и сколько вещей вы хотите заказать, а потом я скажу цену и срок.

— Мне нужно, чтобы можно было сидеть на веранде, ходить по саду и не переодеваться к каждому чаю. Старшая опять захочет что-нибудь светлое. Младшая будет уверять, что ей вообще ничего не требуется, пока не увидит чужие покупки.

— Значит, сначала выслушаем всех троих, — сказала я. — Если есть любимые вещи, которые удобно носить, принесите. По ним легче понять, что вам подходит.

Госпожа Пелт подумала и кивнула.

— Я напишу, когда договорюсь с дочерьми. Только не давайте мне заказать опять все синее.

— Вы же сказали, что любите этот цвет.

— Люблю. Поэтому с ним у меня и так все в порядке.

Я рассмеялась и проводила ее. Возле ворот она раскрыла зонтик: на камни уже падали первые крупные капли.

Потом я вернулась к тетради и посмотрела на запись о выданном платье. Женщина ушла в нем и обещала вернуться с дочерьми. К сливовой подкладке я села уже с меньшей досадой.

Остаток дня и следующий я занималась подкладкой между посетительницами. Больше всего времени потребовали рукава: новую ткань нужно было закрепить так, чтобы она не тянула при движении.

К вечеру работа была закончена. Снаружи почти ничего не изменилось, а внутри теперь лежала новая гладкая ткань.

Хозяйка сливового платья пришла на следующий день после двух, как мы и договаривались. Я попросила ее поднять руки, сесть, наклониться, застегнуть платье самой. Женщина все сделала, потом провела пальцами внутри возле проймы.

— Совсем по-другому. Больше не цепляет.

— Там теперь гладкий шов. Но если после носки где-нибудь начнет тянуть, зайдите, посмотрю.

Она отдала оставшийся серебряный и спросила, можно ли осенью принести теплую юбку. Я ответила, что можно. Пока мы складывали платье в сверток, она еще раз поблагодарила меня. Рассказывать ей, сколько я провозилась, было незачем.

Вечером я подсчитала время и долго смотрела на итог. За каждый час получилось заметно меньше, чем на простом укорачивании подола. Часть заработка я потратила еще и на дополнительное освещение — два вечера просидела с лампой.