Книга Сакура в его ладонях, страница 45 – Ника Летта

Я встала. Ножки стула с неприятным скрипом прошлись по полу, заставив нескольких человек обернуться. Я выпрямилась, стараясь не выдать дрожь.

Глаза сами отыскали Юто. Он стоял возле стола и следил за мной, не двигаясь с места. Вмешиваться он не собирался.

Щёки обдало жаром. Юто снова видел меня такой. Маю проследила за моим взглядом и усмехнулась.

— Вот как. Значит, утешение ты нашла быстро.

— Замолчи.

— Преподаватель, Акико? — смеясь прикрыла она рот ладошкой — Ты серьёзно?

— Я сказала: замолчи.

Маю растерялась. Похоже, она рассчитывала на оправдания, объяснения или хотя бы просьбу говорить потише.

Я перекинула сумку через плечо и направилась к выходу. Идти было тяжело. Однокурсники провожали меня взглядами до самой двери.

На доске оставался вопрос, которым Юто завершил лекцию:

«Кто получает право рассказывать историю?»

Ответ теперь был ясен. Я слишком долго отдавала это право людям, которым доверяла.

— Ты меня не спасла, Маю. Зато теперь я знаю, чьим словам больше не верю. — обернулась у порога я, затем открыла дверь, за спиной громко щёлкнул замок пенала.

В коридоре дышать стало легче. Возле окна гудел автомат с напитками. На стенде студенческой газеты висели статьи о выборах, протестах и кризисах — чужие катастрофы, которые от меня требовалось разбирать спокойно, последовательно, профессионально.

Со своей я разобраться не могла.

Я дошла до лестничной площадки и остановилась у окна. За стеклом серел кампус. Мокрые ветви качались над дорожками, студенты спешили мимо под прозрачными зонтами. Мир занимался своими делами с оскорбительной будничностью.

Я положила ладонь на грудь и постаралась выровнять дыхание.

За спиной открылась дверь аудитории.

Юто подошёл, но остановился в шаге от меня, сохранив расстояние.

— Акико.

Я закрыла глаза.

— Пожалуйста. Только не начинай.

Юто выдержал паузу перед ответом.

— Спрашивать, как ты себя чувствуешь, я не буду.

— Уже достижение.

— И про то, что она не стоит твоих слёз, промолчу.

— Быстро учишься.

— Скажу — и ты расплачешься.

Я поджала губы. Он попал точно, но отдавать ему ещё и мою язвительность я не собиралась.

— Ты всё слышал?

— Хватило.

Я отвела взгляд.

— Прекрасно. Значит, теперь ты видел моё унижение во всех возможных вариантах.

— Я видел другое.

Я резко повернулась к нему. Юто смотрел на меня спокойно, без любопытства и жалости.

— Что?

Он ненадолго отвёл взгляд, прежде чем ответить.

— Человека, которого предали. Ты дрожала, но заставила её замолчать. А когда решила, что разговор окончен, ушла сама.

Глаза защипало. Вот зачем я просила его молчать.

— Ты теперь мой преподаватель, — напомнила я, уводя разговор туда, где всё было понятнее.

— На шесть недель.

— От этого ситуация нормальнее не становится.

— Согласен.

Юто не стал смягчать ответ.

— Тогда тебе лучше вернуться в аудиторию.

— Вероятно.

— Но ты остаёшься.

Он помолчал.

— Да.

В стекле отражалась его фигура, он стоял чуть позади и не приближался, словно понимал, сколько воздуха мне сейчас требуется.

От этого его присутствие ощущалось опаснее прикосновения.

— Мне не нужна жалость.

— Я её и не испытываю.

— Тогда что?

Он долго следил за дождевыми струйками, ползущими по стеклу.

— Злость.

Я повернулась к нему.

— Твоя?

— Сильная.

Голос Юто стал ниже и жёстче.