Книга Магия белых ночей, страница 68 – Марго Генер, Татьяна Серганова, Екатерина Каблукова, и др.

— Экзамен хочу сдать, – ответила я деловым тоном и продолжила натирать ножку статуе.

Композиция «Размышление о Маленьком принце» – одна из статуй во дворике филологического факультета Санкт-Петербургского государственного университета – представляла собой то ли тщедушного арлекина, то ли ещё кого – попробуй разбери. Он печально сидел, закинув ногу на ногу, с книгой в правой руке. Студенческая легенда гласила, что если хочешь сдать экзамен, то нужно потереть одну из его ног, поэтому она была тщательно отполирована.

— А, понятно, – ответил мужчина. – А я вот хочу найти невесту.

— Тогда вам не сюда, пойдёмте, – ответила я машинально и наконец оставила ногу в покое. Деловито подошла к Тоне и махнула ему рукой, мол, иди сюда.

Мужчина проследовал за мной и встал рядом. Очень высокий, большой. Показалось, что само его присутствие делает воздух густым.

Бегемотиха Тоня лежала прямо на перилах низкого крыльца. Ступени вели вниз в одно из помещений филфака.

Маленькая, пухленькая, я бы даже сказала – жирненькая. Она спала, распластав по крыльцу толстое тельце. Оба её крошечных уха были весьма сильно натерты и блестели тусклым золотом.

— Вот! – указала я незнакомцу. – Бегемотиха Тоня. Легенда гласит, что мужчине, желающему найти невесту, следует потереть одно её ухо. А девушке, желающей найти жениха, – другое.

— Так какое ухо тереть? – улыбнулся мужчина.

— Не знаю, – пожала плечами я. – Вроде раньше здесь была табличка, кому какое ухо тереть. Теперь вот нет. А сама я не помню, как надо. Так что погладьте то ухо, которое натёрто меньше – думаю, более блестящее натерли девушки, они чаще озабочены личной жизнью.

— Я даже не знаю, какое из них более блестящее, – продолжил улыбаться незнакомец. Это, и верно, было неочевидно – больно уж маленькие уши.

— Ну… оба потрите! – начала кипятиться я. – Думаю, Тоня разберётся, кто вам нужен. Она же видит, что вы – мужчина.

Вот ведь навязался на мою голову. Зачем я вообще с ним заговорила и повела к Тоне? Какая мне разница, если кто-то ошивается во дворике филфака и ему нечего делать? Турист какой-то, наверно. А мне что до него? Я вовсе не экскурсовод.

— Хорошо, я поступлю, как вы сказали, – мягко ответил мужчина, присел на корточки и принялся старательно гладить Тонины ушки.

Я хмыкнула и хотела уйти, но в этот момент взгляд упал на его лицо, и я обомлела.

Самый красивый мужчина на свете сидел на корточках и занимался самым смешным на свете делом!

Красив он был неописуемо. По мне, так подобные мужчины бывают только в фильмах и фантастических книгах. Брюнет. Пышные волосы зачёсаны назад, это смотрелось очень благородно. И черты античной статуи. Прямые, немного резкие, но невероятно красивые. Нос стрелой – просто загляденье, я всегда имела слабость к таким носам. Брови, слегка нависающие над переносицей, дальше уходили в резкий изгиб, придавая его облику особую мужественную хищность. Мужественность подчёркивал и смуглый цвет кожи. То ли загар, то ли просто природный оттенок.

А я и не знала, что с таким красавцем разговариваю! Одновременно мой внешний вид – в джинсах, кроссовках и лёгкой курточке – показался мне неуместным рядом со столь представительным мужчиной. Явно турист. Причём вежливый и вполне покладистый. А я уже раздражаться на него начала, ай-ай, Маша, как не стыдно.