Книга Магия белых ночей, страница 66 – Марго Генер, Татьяна Серганова, Екатерина Каблукова, и др.

— Ну! – шикнула на него. – Делай уже что-нибудь.

— Да как-то неромантично, – замялся Морковка.

— Боги, ну почему в этом мире ведьма всё должна брать в свои руки?! Каменистый, ты мне обязан будешь!

Подойдя к нему вплотную, приподнялась на цыпочки и, ухватив эту рыжую краснеющую каменяку за плечи, коснулась его губ. Твёрдые, тёплые. Провела по ним языком и ахнула, потому как в следующее мгновение меня стиснули в объятиях, углубляя наш первый невинный поцелуй.

Время замерло.

Вокруг ходили люди. Кто-то даже попытался нас пристыдить, но быстро плюнул на это дело. Я же, обнимая Морковку своей мечты, уже стала забывать, зачем мы вообще стоим в этом закутке.

Но в какой-то момент запах вокруг нас изменился. Повеяло свежестью и грибами. Замерев, Лев скосил взгляд в сторону и, приподняв уголки губ, нагло ухватил своими лапищами меня за задний филей.

Я проследила за его взглядом и обнаружила всего в двух шагах маленького косматого пузатого человечка. Разинув рот, он глазел на нас не мигая. И вроде как лови не хочу, но эту часть плана мы как раз и не продумали.

Чтобы не спугнуть воришку, я обхватила голову Левы руками и заставила наклониться его чуть ниже.

— Что делать-то? – шепнула на ухо.

— Я думаю, Златка, а ты не отвлекайся – целуй меня и дальше, чтобы интерес не пропал.

— Лёва, ты совсем охамел? – фыркнула, чувствуя, что меня лапают пониже спины.

— Нет, всё в рамках приличия. Вот как выйдешь за меня, Зельева, станешь Златой Каменистой, так и охамею окончательно.

— Ага, как же! Думаешь, подарил пластиковый веник, и всё. Я твоя навеки.

— Да ты моя с детства, ведьма. Я и в патруль шёл, зная, что с такой роднёй и дедом ты там тоже окажешься. И Илья Никитич осведомлён, по кому я все эти годы сох. Но сейчас не о том. Как этого ловить будем?

Аука продолжал таращиться на нас, хлопая огромными глазищами. Такой милый.

— А что ему будет за воровство? – каюсь, мою душу спеленала жалость.

Ну хорошенький же. И зла на самом деле не желает.

— Ничего, поговорят с ним. Расскажут, что на рынках воровать плохо, и вывезут в поселение, поближе к лесу. Сдадут на поруки проверенной семье леших. И заживёт он новой жизнью. Но, Златка, поймать его нужно. У меня в заднем кармане наручники, достань незаметно.

Обрадованная, что духу лесному ничего не будет, не удержалась и куснула Лёвку за мочку уха.

— Злата, ещё раз так сделаешь, и я на тебе прямо здесь жениться начну. А ну, делай, что сказал, ведьма.

Тихо засмеявшись, я принялась ощупывать его сзади. Как там всё упруго и интересно оказалось.

— Зельева, – выдохнул мне в губы гаргул, – не провоцируй. И так уже косятся прохожие на нас.

— Угу, – промычала и достала магические заговорённые наручники. – А дальше что?

— Ещё не придумал, – он аккуратно забрал у меня предмет ловли милых преступных элементов. – Нужно чтобы подошёл к нам ближе. Обратится в дымок – уже не задержим.

— А ему точно ничего не будет?

Я покосилась на лесовичка. Стоит пузатенький, лыбится. Ну как дитя малое.

— Точно, Злата. Какой из него, несмышлёныша, преступник? Его самого спасать нужно от хозяина лешего. Не поймаем мы – облаву торговцы организуют. И ведь выловят, а потом самосуд устроят.

— Хм… Тогда готовь наручники… Ау… – выдохнула я громко.

— Ау, – повторил аука и просиял.