Книга В разводе. Тост за бывшего!, страница 18 – Анна Томченко

— Понимаешь, иногда просто хочется, чтобы кто-то сильный, кто всю мою жизнь носил меня у себя на шее, не нуждался в напоминаниях о том, что надо заботиться о своём ребёнке.

Я приблизилась и поцеловала Леру в щёку. Она уткнулась носом мне в шею.

Она была взрослой, но это не отменяло того факта, что ей тоже было тяжело.

И вот ведь какой парадокс: во всех других странах, если у мужчины нетрадиционная ориентация, он так и говорит: «У меня нетрадиционная ориентация». Но почему-то только в моём мире такие мужики начинают вместо вполне нормальной фразы бросаться глупостями: «А что ты мне можешь дать как женщина?» И много прочей дури, как, например, что «ты мой ребёнок и должна любить меня безусловно, чтобы я не сделал твоей маме».

Приведя себя в порядок, я собралась на встречу в гольф-клуб, где на днях должно было произойти очень масштабное мероприятие — съезд уважаемых людей. Ничего сложного — я не была организатором этого мероприятия, но была приглашённым конферансье. С агентством, которое устраивало весь праздник, я работала не один раз и у нас вполне себе редко когда возникали конфликты интересов. Поэтому, собственно, я и согласилась присутствовать в качестве ведущей.

По пути до гольф-клуба я всё рассуждала о том, что как-то так странно происходило. Вот, например, ни один сорокалетний мужик никогда не будет искать себе общество восемнадцатилетнего парня для дружбы и общения просто потому, что воспринимает его ребёнком. Но при этом тот же самый сорокалетний мужик во всю глотку будет орать, что «она человек взрослый», про восемнадцатилетнюю девицу. Вот это касалось моего Яши, который умудрялся Марку тыкать тем, что «ты ещё мал, рассуждать о критериях бизнеса, о том, что правильно на рынке, что нет». Но при этом спокойно спал с вполне себе ровесницей нашего сына. Отличная логика и двойные стандарты.

Психанув, я включила радио погромче и улыбнулась. Погода стояла жаркая и солнечная. Даже если в этом году мне не удастся вырваться куда-нибудь в отпуск, я хотя бы своим летом успею насладиться. Я очень на это надеялась.

Обсудив с организатором мероприятия основные тезисы, получив сценарий, я развернулась и поехала домой. По пути заскочила к себе в офис. На выходные было масштабное гендер-пати у семьи популярного блогера. Я очень переживала за организацию и поэтому держала руку на пульсе, не желая, чтобы какие-то мелкие детали ускользнули от меня. Плюс они заказали дым голубого цвета, который должен был бабахнуть за их спинами в момент, когда они откроют конверт. И вот этот пункт в организации праздника был самым ненадёжным, потому что я не знала, как сработают ребята с техникой и точно ли у них получится стык в стык запустить дымовую завесу. Но надеялась, что всё обойдётся.

Приехав домой, я не застала дочку и решила удалиться в кабинет, поработать, перебрать налоги и созвониться со своим бухгалтером. Но когда оказалась внутри, то ощутила, что что-то не то. Вот такое происходит, когда на привычном фоне что-то меняется и это не улавливается прямым взглядом, а вот периферийным — вполне.

Я положила планшет с ноутбуком на стол и медленно, как в фильме ужасов, стала осматриваться. Мне казалось, что самое дурное, что может произойти в этой ситуации — Яша спрячется у меня в картотечном шкафу и выскочит с транспарантом о том, что я дура.