Книга Жена вместо сестры для Отморозка, страница 86 – Евгений Ключников

— Я не подпишу сейчас, — сказала она.

Дамир кивнул.

— Разумно.

— Я покажу договор юристу. Не вашему. Не отцовскому.

— Я пришлю контакты.

— И я выберу сама.

— Да.

— И счет... - она замялась. — Я не обещаю, что буду им пользоваться.

— Не обещайте.

— Но карту возьму.

— Правильно.

— Не радуйтесь так явно.

— Я не радуюсь.

— У вас лицо человека, который только что выиграл маленькую битву.

— У меня всегда такое лицо.

— Нет. Обычно у вас лицо человека, который уже похоронил победителя.

Он чуть усмехнулся.

— Тамара Петровна сказала бы, что вы слишком быстро осваиваетесь.

— Тамара Петровна сказала бы надеть носки.

— Она мудрая женщина.

Телефон снова завибрировал.

Они оба посмотрели на экран.

На этот раз звонила не отец. Милана.

Ася напряглась. Дамир тоже заметил имя.

— Отвечать? — спросила она, сама не понимая, почему спрашивает именно его.

— Это ваш телефон.

— Как удобно вы становитесь принципиальным, когда мне хочется переложить решение.

— Учитесь.

Она взяла телефон, но не стала сразу принимать вызов. Милана не звонила со свадьбы. Не писала ночью. Не пришла проститься. И вот теперь звонит — после разговора с отцом. Случайно? В их семье случайности часто оказывались просто плохой маскировкой.

— Не здесь, — сказала Ася.

Дамир поднял бровь.

— Хотите говорить без посторонних?

Она встретила его взгляд.

— Хочу понять, мой это разговор или очередная нитка отца.

— Тогда включите запись.

Ася замерла.

— Что?

— Запись звонка. Если она скажет что-то важное.

— Это законно?

— Зависит от использования. Грановский объяснит.

— Вы ужасны.

— Зато полезен.

Телефон перестал звонить. Через несколько секунд пришло сообщение от Миланы: “Ты совсем с ума сошла? Папа в бешенстве. Позвони мне. И не вздумай верить Воронцову”.

Ася прочитала вслух.

Дамир молча налил себе еще кофе из маленького кофейника, стоявшего на столике. Кажется, его ничуть не удивило ни Миланино сообщение, ни отцовская ярость, ни то, что утро после свадьбы окончательно превратилось в оперативное совещание.

— Что смешного? — спросила Ася.

— Ничего.

— Вы опять почти улыбнулись.

— Просто забавно, как быстро ваша семья начала работать хором.

— Это не забавно.

— Нет. Но предсказуемо.

Ася отложила телефон.

— Я не хочу отвечать ей сейчас.

— Не отвечайте.

— Она будет писать.

— Да.

— Отец будет давить.

— Да.

— Лариса Аркадьевна подключится.

— Скорее всего.

— И вы будете сидеть с кофе и говорить “я же предупреждал”.

— Нет.

— Нет?

— Я буду сидеть с кофе и помогать вам понять, где именно они врут. Это разные удовольствия.

Она неожиданно рассмеялась. Слишком громко для малой библиотеки, слишком нервно для настоящего веселья. Но смех вышел сам, потому что иначе пришлось бы заплакать от всего сразу: от отца, от Миланы, от договора, от шести месяцев, от того, что ее первый брачный завтрак закончился анализом шпионского задания.

Дамир смотрел на нее, и в его взгляде не было ни жалости, ни насмешки. Только внимание.

— Анастасия, — сказал он, когда она затихла.

— Да?

— Ваша семья сейчас будет убеждать вас, что вы предали их.

— Я знаю.

— Нет. Пока не знаете. Они будут бить не по логике. По привычке. По матери. По вине. По тому, что вы “не такая”, “неблагодарная”, “не понимаете”. Они будут говорить, что я вас настроил, что вы поддались, что вы ведете себя неразумно. Возможно, будут обещать рассказать правду о Елене Андреевне, если вы сделаете “одну простую вещь”. Возможно, наоборот, пригрозят испачкать ее имя. И в какой-то момент вы захотите доказать, что не предательница.