Книга Жена вместо сестры для Отморозка, страница 6 – Евгений Ключников

Она встала. Резко. Стул ударился о край ковра. За спиной, наверное, появилась горничная, но тут же исчезла: в доме Лебедевых прислуга умела становиться невидимой, когда хозяева начинали уничтожать друг друга.

— Не смей впутывать маму в свои сделки.

Отец тоже встал. Он был высоким, все еще крепким мужчиной, и в детстве Ася считала его почти великаном. Сейчас она смотрела на него и впервые ясно видела не величину, а холод. В нем не было ни тени отцовской растерянности, ни боли, ни стыда. Он пришел на этот ужин с готовым решением и готовым оружием. И если первое не сработало, он просто достал второе.

— Сядь, — сказал он.

— Нет.

— Анастасия.

— Нет!

Слово сорвалось громко, почти криком. Люстра над столом будто дрогнула. Мачеха поджала губы. Милана смотрела на нее с отвращением и тайным облегчением. Ася вдруг поняла, что сестре сейчас хорошо. Страшно, нервно, но хорошо. Потому что буря идет не на нее. Потому что Отморозок из лесного дома, человек с разбитой репутацией и руками, о которых шептались на вечеринках, достанется не ей.

— Ты всю жизнь учил меня не позорить фамилию, — сказала Ася, чувствуя, как голос дрожит, но уже не пытаясь спрятать дрожь. — Всю жизнь. Не плачь, Ася, люди смотрят. Не спорь, Ася, ты не понимаешь. Не задавай вопросов, Ася, это взрослые дела. Не говори о матери, Ася, ты расстраиваешь семью. А теперь ты хочешь, чтобы я вышла замуж за человека, которого боится твоя любимая дочь, потому что так удобно? И еще смеешь прикрываться мамой?

— Не драматизируй, — сказал отец.

И в этот момент что-то в ней треснуло окончательно.

— Да что вы все заладили? — она коротко, почти зло рассмеялась. — Не драматизируй. Не груби. Не позорь. Не мешай. Не существуй слишком громко. Вы хоть понимаете, что предлагаете? Вы отдаете меня чужому мужчине вместо Миланы, как испорченную посылку с замененной накладной!

— Тебя никто не отдает, — сказала Лариса Аркадьевна с тонкой брезгливостью. — Не надо изображать крепостную. Ты получишь статус, фамилию, обеспечение. Многие девушки на твоем месте были бы благодарны.

— Так отдайте одну из многих.

Мачеха вспыхнула.

— Неблагодарная дрянь.

Вот теперь это прозвучало не под шелком. Прямо, ядовито, с настоящей ненавистью. Милана дернулась, но не остановила мать. Отец медленно повернул голову к жене.

— Лариса.

— Нет, Виктор, сколько можно? — голос мачехи сорвался на визг, но она тут же снизила тон, будто вспомнила, где находится. — Она живет в твоем доме, пользуется твоими деньгами, носит твою фамилию, и каждый раз строит из себя оскорбленную святую. Милана хотя бы работает, приносит семье пользу, у нее лицо, имя, перспективы. А эта? Вечная тень своей мертвой матери. Вечно недовольная, вечно с претензией. Так пусть хотя бы раз сделает что-то не для себя.

Ася почувствовала, как от этих слов внутри поднимается не боль, а странная пустота. Слишком много раз ее били в одно и то же место. Рана уже не кровоточила — она онемела.

— Лариса Аркадьевна, — сказала она тихо, — если бы я действительно была такой бесполезной, вы бы сейчас не пытались засунуть меня в этот брак вместо вашей драгоценной дочери.

На лице мачехи проступили пятна. Милана вскочила.

— Не смей говорить о маме!

— А ты не смей прятаться за моей спиной, когда тебе страшно.