Книга Жена вместо сестры для Отморозка, страница 281 – Евгений Ключников

На лице Дамира появилась почти улыбка.

— Чай без сахара — самое тяжёлое обвинение?

— Не смей смеяться.

— Не смею.

— Смеёшься глазами.

— Исправлюсь.

— Не надо. — Ася вздохнула. — Я не хочу быть женщиной, которая шипит на каждую тень из прошлого. Просто... мне нужно было сказать.

Он кивнул.

— Спасибо.

— За ревность?

— За то, что сказала мне, а не начала воевать с ней через меня.

Ася посмотрела на их руки. Его пальцы всё ещё лежали рядом. Она сама сдвинула ладонь и коснулась его мизинца своим.

Маленький жест.

Дамир замер, как будто она сделала что-то гораздо большее.

— Я люблю не миф, — сказала она тихо.

Он перестал дышать.

Ася сама испугалась начала фразы. Но отступать было поздно.

— Не того тебя, которого знала Вера. Не наследника до банкротства. Не человека, который мог бы быть легче, если бы Рустам не погиб. Я не знаю его. И, наверное, уже не узнаю. Я знаю тебя после всего. Невыносимого. Колючего. С трупными договорами, плохими комплиментами, ужасной привычкой решать за всех и попытками учиться. И... — Она остановилась.

Дальше было слово.

То самое.

Но оно встало в горле не потому, что было неправдой, а потому что, произнесённое сейчас, могло стать слишком большим для комнаты, где на столе лежали документы о новом свидетеле и ещё не открыта папка матери.

Дамир не поторопил.

Не потребовал закончить.

Только медленно повернул ладонь и накрыл её пальцы своими.

— Я понял, — сказал он.

Ася подняла глаза.

— Правда?

— Да.

— Не присвоишь недосказанное?

— Нет. Буду беречь до тех пор, пока ты сама не решишь, что оно стало словом.

Вот теперь она почти заплакала.

Не от боли. От того, что он понял границу даже здесь.

За дверью, как обычно в самые неподходящие моменты, раздался голос Тамары Петровны:

— Если вы закончили молча говорить важные вещи, Грановский звонит по второй линии. И у меня есть подозрение, что он снова принесёт в дом бумажную гадость.

Ася фыркнула сквозь подступившие слёзы.

Дамир закрыл глаза на секунду.

— Тамара Петровна.

— Что? Я постучала.

— Вы не стучали.

— Мысленно — очень громко.

Ася рассмеялась уже почти нормально. Дамир тоже, коротко, тихо. Потом взял телефон.

Грановский сообщил, что Андрей Климов действительно не числится мёртвым. Более того, два года назад на имя его сестры была оформлена доверенность на получение архивной выписки по старому адресу. Подпись не совпадала с сестрой. Очень возможно, что Климов жив и периодически пользуется её документами как прикрытием.

— Квартира у вокзала, — сказал Дамир, глядя на Асю.

Она кивнула.

Следующий след.

Следующий живой или почти живой человек, который мог знать, почему мама и Рустам не дошли до конца.

За окном снег усилился. Дом Воронцова стоял в лесу, уже не такой пустой, как прежде. В нём появлялись люди из прошлого, документы мёртвых, новые страхи, старые женщины с чайниками и молодая жена, которая училась не ревновать к призракам, а различать, где призрак, где зеркало, а где новый путь.

Вера Соколова принесла с собой не соперничество.

Она принесла напоминание: Дамир был живым до трагедии.

Ася, глядя на него сейчас, понимала другое: он остался живым после неё.

И именно этого человека она однажды назовёт тем словом, которое сегодня ещё оставила в тишине.