Книга Новогодний скандал: инструкция по выживанию для виноватых, страница 25 – Полина Раевская, Мария Абдулова

Адекватная, свойская, со своим мнением и характером “в каждой бочке затычка”, она была звездой их большого семейства, но при этом ни у кого не вызывала желания закатить глаза или оспорить сей статус.

Их любимица была действительно народной, а не как какая-нибудь, прости господи, Долина. Потому и погода в доме с ней стояла не заунывная, а очень даже стебная, на подколах и старой-доброй иронии. Но главное — как светился рядом Святослав от одного взгляда на нее, полностью оправдывая придуманное братьями “Светик”.

Пожалуй, они с Маргошей были самой любящей, искренней и крепкой парой среди Кобелевых, хотя еще недавно на пьедестал первенства в этом соревновании Диля ставила их с Гришей. Теперь же их даже на последнее место не приткнешь, исключительно дисквалификация…

От этой мысли глаза начинает предательски жечь, Диля прячет лицо в огненных кудрях Маргоши и втягивает с шумом какой-то теплый, томный аромат то ли коньяка, то ли корицы с ванилью, то ли всего разом.

Соберись! Соберись! Соберись! — как мантру про себя, но когда оно все в крошево, разве соберешь?

— Новый аромат? — отстраняясь, спрашивает Дилара, чтобы хоть как-то себя отвлечь. Маргоша же, словно только этого и ждала — садится на своего любимого конька и начинает щебетать про какой-то модный, нишевый парфюм.

Диля кивает, а сама не слышит ни единого слова, смотрит сквозь пелену на украшенный к Новому году двухэтажный дом в скандинавском стиле из натурального дерева с огромными окнами в пол, да на улыбающиеся, горящие предпразничным энтузиазмом лица суетящихся вокруг родственников, и прикусывает задрожавшие губы, отчетливо вдруг осознавая, что, возможно, это их последний совместный Новый год.

— Ты обязательно должна мне рассказать про эту процедуру, — продолжает меж тем Марго что-то говорить. Диля вновь кивает невпопад, пытаясь сообразить, про что речь.

— Господи, Риточка, ну зачем тебе какие-то процедуры?! Ты и так у нас красавица вон какая, — избавляет от конфуза свекровь.

— Мамочка, а буду еще красивее, — подхватив под локоть Мурку в качестве поддержки, заявляет Маргоша и будто спохватившись, переводит тему. — Слушайте, а чего мы здесь морозимся?! Пойдемте в дом, Снежинка уже заждалась там, да и мама с теть Наташей на стол накрыли. Пойдемте!

— Малышня, в дом! — вторит ей Мурка, махнув детям.

Все начинают согласно кивать и суетиться еще больше: отец Дили, о чем-то переговариваясь с Гришей и Игорем, спешат в числе первых оказаться в тепле, младшие Кобелевы следуют за ними, подхватив по чемодану. Дети, уже извалявшись в снегу, расталкивают ринувшуюся к двери толпу, вызывая у старшего поколения возгласы возмущения и смех.

— Мам, смотри, тут олень и зайчик, — кричит Ариша, указывая на пока еще не горящие светодиодные фигуры у крыльца. — А когда мы их зажжем?

— Вечером, детка, сейчас пойдем елку украшать, мы как раз вас ждали, — берет свекровь за руку Аришу, не бросившуюся наперегонки со всеми в дом.

— Ура!

В доме атмосфера праздника, тепла и уюта ощущается еще полнее. Горящий камин, огромная, живая елка посреди гостинной с мягкими диванами, застеленными пледами и подушками, шикарный вид на лес в из панорамных окон, невероятный аромат смолистого сруба вперемежку с чем-то вкусным, доносящимся из кухни и завершающим штрихом — смех и веселые голоса дорогих сердцу людей.