Книга Новогодний скандал: инструкция по выживанию для виноватых, страница 24 – Полина Раевская, Мария Абдулова

Тогда это казалось само собой разумеющимся. И не потому что она — женщина, он — мужчина и так вроде бы заведено. Просто хотелось дать любимому человеку возможность расправить крылья и реализовать себя. В конце концов, это ведь не навсегда, просто такой период, можно и потерпеть.

И Диля терпела, ни слова упрека не сказала, поддерживала своего мужа во всем, стараясь не грузить лишний раз бытовухой, плохим настроением и мелкими проблемами, которые вполне могла решить сама. Она вообще не в пример своим традициям, а может специально вопреки, да простит ее Всевышний, старалась многое делать сама. Быть с мужем на равных.

И он всегда поддерживал ее стремления — так ей казалось. Но, похоже, не зря русские говорят: когда кажется — креститься надо. И честно, она бы покрестилась, если бы помогло. Но не помогает!

Ничего уже не помогает, стоит только подумать, чем Коблев ей отплатил за все годы, что они рука об руку.

И ведь до чего банально!

А она-то думала, что они особенные, и любовь у них не такая, как у всех.…

Смешно теперь. И горько очень. Так горько, что сколько ни силься давить в себе эту горечь, все равно прорывается наружу, кривя улыбку.

“А че такова, Диль?” — будто на репите в голове по кругу какую неделю. Но, что еще поганей, он и вел себя так, будто ничего не случилось.

Подумаешь, тринадцать лет обесценил одним махом, ерунда ведь. И не то, чтобы Диле нужно было его раскаяние, ничего ей уже не нужно.

Что ни сделай, не заживет оно, не зарастет, не склеится, как было… Но эта показная невозмутимость, проклятое “жизнь моя” и нахальная, наглющая манера лезть в ее личное пространство, будто у Кобелева все еще было право… Всевышний, дай ей сил!

Чуть-чуть. Надо продержаться совсем чуть-чуть, а там…

Что там? Диля не успевает додумать, попадая в теплые объятия Мурки — жены младшенького из братьев Кобелевых.

— Диличка-а, приве-ет! — сиропит она, как всегда приторно мило, но ничуть не наигранно, однако Диля невольно замечает, как мимолетно закатывает глаза Гера, и злость и без того бушующая в ее душе, обретает вполне конкретные формы.

Вот, что мужикам надо, спрашивается?

Такая девчонка ведь! Отзывчивая, добрая, энергичная, заботливая. С ней и поговорить по душам, и побалдеть, и хоть завтра Эверест покорять.

Легкая в общении, всегда на позитиве. С ее появлением балагур-Гриша, будто родную душу обрел. Впрочем, они все. Такая она чудесная их Мурка — не влюбиться в эту миниатюрную малышку было невозможно. А уж внешность какая: одно ее кукольное личико чего стоило, а уж шикарные формы, которые после недавних родов стали только шикарней — и вовсе.

Тем не менее, Герочка воротит нос. И да, Диля все понимает, “брак по залету” — это, конечно, непросто, но раз уж поженились, то к чему, простите, эти пантомимы?

У Дили под кожей от раздражения начинает зудеть, того и гляди, прорвет хваленое самообладание. К счастью, Маргоша — жена Светки — третьего по старшинству брата, переключает Дилино внимание на себя.

— Так, дайте мне мою Ди уже, — врывается она в их с Люсей объятия, манерно растягивая гласные.

Маргоша у них немного выбражуля, хотя немного — это очень серьезное преуменьшение. При первой встречи у Дили вообще сложилось впечатление, что девочка состоит исключительно из понтов и трендов, но узнав ее поближе, стало понятно, что понты и тренды — это, конечно, важная часть Марго, но еще есть та — которая выросла в деревне и которой не чуждо ничего из мира простых людей.