Книга Отец подруги. Мой кавказский препод, страница 44 – Майя Новак

Рассмеявшись, заваливаю Викторию на спину и наваливаюсь сверху, придавливая своим телом. Покачиваюсь, и мы чуть не слетаем с кровати с другой стороны.

— Маловато места, — говорю хихикающей Вике. — Рано ли поздно свалимся. А у меня огромная кровать, и нам там будет максимально комфортно. Соглашайся.

— До свадьбы ни-ни, — заявляет она строго и прикусывает губу, чтобы не рассмеяться.

— Это значит, что ответ “да”?

— Это значит, что я подумаю.

— Ах ты ж…

Все, что я хотел сказать, тонет в нашем жадном поцелуе. Я снова вклиниваюсь между молочных бедер и беру Вику уже нежнее. В самом начале. Потом снова разгоняюсь, и мы трахаемся, пока моя малышка срывает голос от удовольствия.

— Что теперь будет с Мадиной? — спрашивает Вика, когда мы приводим себя в порядок.

— А что с ней будет? Вик, она взрослая девочка. Если какие-то ее иллюзии разбились, ей придется встретиться с этим лицом к лицу. И принять, — добавляю.

— Это так не работает, — качаю головой. — Вам с дочерью надо будет поговорить.

— Я не стану опираться на ее мнение.

— Можешь не опираться. Но хотя бы объяснить, как это работает.

Поправляю рукава рубашки и подхожу к Вике. Беру ее за подбородок и поднимаю, заставляя посмотреть мне в глаза.

— Вика, ты смотришь со своей колокольни. А я — со своей. Так вот мою дочь не должно волновать, с кем я вступаю в отношения. Она совершеннолетняя и не имеет влияния на мои решения. Если бы ей было двенадцать, и я решил привести в дом ее потенциальную мачеху, тогда ее мнение имело бы вес. А в нашей ситуации я уже волен поступать как посчитаю нужным.

— Но ты запрещаешь ей встречаться с парнями. То есть, в ее личную жизнь ты вмешиваешься.

— Потому что я отец и имею право. И буду иметь, пока не отдам ее замуж.

— Как-то несправелдиво.

— А мир вообще несправедлив, — пожимаю плечом и целую Викторию в кончик носа.

Отступаю, чтобы закончить одеваться.

— Давай заключим сделку, — вдруг выдает моя затраханная, счастливая, но опять деловая девочка.

— Интересно, — улыбаюсь. — Каковы условия?

— Ты поговоришь с Мадиной. Нормально поговоришь, — добавляет Вика. — А я обещаю обдумать твое предложение замужества.

— То есть, тебе надо на это время? — спрашиваю только чтобы подколоть Викторию. — Ты не уверена в своих чувствах ко мне и не знаешь, хотела бы выйти за меня? Правильно я понимаю?

— Что ты все перекручиваешь? — восклицает она и даже взмахивает руками.

А я подхватываю ее за талию и вжимаю в свое тело, сминая сладкие губки своими.

— Поговорю, — обещаю. — Обзательно поговорю. Но не потому, что ты ставишь условия. А потому, что Мадина должна наконец повзрослеть. Так что этот разговор при любых раскладах состоялся бы.

Вика понимает, что попалась на крючок и, качнув головой, улыбается.

Спустя полчаса я выхожу из ее квартиры и набираю дочь. Мадина прекрасно знает, что не отвечать на мой звонок она может только в случае крайних обстоятельств. И наша с ней размолвка таковым не является, так что дочь берет трубку на третьем звонке.

— Да, пап, — недовольно выдает она.

— Ты где?

— Дома.

— Я сейчас приеду, поговорим.

— Будешь рассказывать мне о том, что на этот раз все иначе? Что она не такая же подстилка, как все остальные? А Риту ты забыл? Подруга у меня такая была, помнишь? Я перестала с ней общаться только потому, что ты с ней переспал, она влюбилась и донимала вопросами о тебе даже тогда, когда увидела в каком-то ресторане с другой. Вика мне дорога! — восклицает дочь.